Maria Maximova - Unknown

— Расслабься, Герцогиня, я съел одно кольцо, — ответил он, усаживаясь рядом со мной.

— Как скажешь, — буркнула я, глядя на еду, которой было очень много. Одним только бургером можно было накормить четверых. Все лежало в красной овальной пластмассовой корзинке и было завернуто в тонкую белую вощеную бумагу.

И выглядело крайне аппетитно.

Я потянулась за кетчупом.

— В Англии есть бургеры? — спросил Макс.

— Да, — ответила я, выдавливая кетчуп рядом с луковыми кольцами. Я решила не рассказывать ему, что английские бургеры не то, о чем станешь писать домой.

— Бургеры из бизона?

— В заведениях для гурманов — да, — ответила я, макая кольцо в соус.

— Детка, — позвал Макс, и я посмотрела на него, не донеся луковое кольцо до рта.

— Приготовься к потрясению, — закончил он, усмехнувшись, и повернулся к своей порции.

А я вернулась к своей.

Он не ошибся, все и правда оказалось поразительно вкусным.

* * *

— Спать, — сонно пробубнила я, заходя в дом и снимая пальто, пока Макс включал свет.

— Милая, я же говорил, что не нужно заказывать мороженое с шоколадным сиропом, — сказал он у меня за спиной, и я услышала, как он закрыл дверь.

Он был прав. И не прав. Я более чем наелась бургером и луковыми кольцами, но потом увидела, как политое горячим шоколадом мороженое на подносе Труди скользит мимо меня к кому-то другому, и не удержалась. В Англии нет такого мороженого, во всяком случае там оно не такое, как дома.

И вообще, я в отпуске.

И все-таки мороженое с горячим шоколадом, определенно, оказалось лишним.

Но сонной я была не из-за мороженого, а из-за того, что последние два часа мы провели в баре под названием «У Дрейка» в квартале пути от ресторана. Там мы слушали, как друг Макса Джош играл на гитаре и пел, Макс пил «Будвайзер», а я «Фэт Таер». Джош играл хорошо, очень хорошо, и в конце концов я привалилась к Максу, он обнимал меня одной рукой, а я положила голову ему на плечо. Знаю, мне не следовало так близко прижиматься к нему и класть голову ему на плечо, но я ничего не могла с собой поделать. Мне было так уютно, пиво было вкусным и расслабляющим, звучала приятная музыка, а я была наевшаяся и уставшая.

Я повесила пальто и сумочку на крючок в гардеробной, закрыла дверь и повернулась к Максу.

— Кто сегодня занимает кровать? — спросила я. Макс подошел ко мне и встал почти вплотную, но я так устала, что у меня даже не было сил отступить.

Он положил ладонь мне на затылок и притянул меня к себе. Сопротивляться у меня тоже не было сил.

Макс поцеловал меня в лоб.

Я моргнула, когда этот нежный поцелуй обрушился на меня, как товарный поезд. Это было так приятно, лучше, чем любой поцелуй в моей жизни. И при этом поцелуй был даже не в губы.

— Иди наверх, — тихо сказал Макс мне в лоб, убрал ладонь и отошел, снимая куртку.

Я уставилась на его спину и решила, что завтра я точно убираюсь отсюда. Возможно, я даже не поеду в Денвер, а буду гнать до самого Канзас-Сити.

Однако я не собиралась отказываться от сна в его кровати, настолько я устала.

Так что, не дав ему возможности передумать, я крикнула:

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Герцогиня, — крикнул он в ответ, бросая куртку на стул в столовой и не глядя на меня.

Я повернулась и, насколько позволяли мои уставшие ноги, заторопилась вверх по лестнице.

Отыскав в чемодане свои туалетные принадлежности, я умылась, нанесла на лицо увлажняющий крем, почистила зубы и переоделась в ночную сорочку. Свои вещи я оставила в ванной, решив, что упакую их утром.

Я открыла дверь, проверила, свободен ли путь, и юркнула в кровать.

Но даже несмотря на усталость, я не думала, что засну быстро. Внизу горел свет, Потрясающий Макс был дома, он угостил меня ужином, мороженым с горячим шоколадом и по меньшей мере четырьмя бутылками пива во время нашего почти свидания, хотя мы и вернулись домой вместе. И я наслаждалась нашим свиданием, даже когда мы спорили. В особенности, когда мы спорили.

Уже через считанные минуты я спала без задних ног.

Вот почему я не почувствовала, как через пятнадцать минут Макс скользнул в кровать рядом со мной.

Глава 4

Утес

Я проснулась, открыла глаза и поняла, что, во-первых, стоит глубокая ночь, темная, едва освещенная лунным светом, а во-вторых, я выспалась и готова начать новый день. Наверное, это из-за того, что дома я уже была бы на ногах.

Потом я поняла, что голова моя лежит не на подушке. Щекой я ощущала гладкую кожу и твердые мышцы. Я лежала на плече Макса, прижавшись к его боку, положив руку ему на живот и закинув согнутую ногу ему на бедро. Макс обнимал меня рукой, положив ладонь мне на талию.