Maria Maximova - Unknown

Я вышла из душа, вытерлась, обернула голову полотенцем и надела чистое белье, когда Макс вернулся в ванную и закрыл за собой дверь.

Я прикрыла руками грудь в кружевном лифчике и прошипела:

— Макс!

Не обратив внимания на мое шипение, он подошел и присел передо мной. Я попыталась сделать шаг назад, но он поймал меня под колено и удержал.

— Стой смирно, Нина, — приказал он, подняв голову.

— Я в порядке, все не так уж плохо.

— Детка, у тебя ободрана кожа по всей ноге.

— Я буду в порядке.

Он сжал мое колено.

— Милая, это займет две секунды.

— Макс...

— Постой спокойно, ради меня.

Я закрыла глаза и расслабилась. Не задумываясь, мое тело знало: ради Холдена Максвелла я сделаю все, что угодно.

Я снова открыла глаза, когда почувствовала, как влажные пальцы Макса скользят по моей ноге от бедра до щиколотки. Ему несколько раз пришлось выдавливать мазь из тюбика, и это заняло больше двух секунд, но я не стала придираться, в основном потому что была поглощена созерцанием склоненной головы Макса, его пальцев на моей коже, и это успешно прогнало панические, отчаянные мысли и эмоции, охватившие меня.

Закончив, Макс выпрямился и посмотрел на меня.

— Хорошо, Герцогиня, одевайся аккуратнее.

Потом он подошел к раковине, чтобы смыть мазь с пальцев, а я схватила мягкие байковые пижамные штаны, на этот раз не Макса, а свои. Мои штаны были не в клетку из насыщенных мужских цветов, а мятно-зелеными в крупный розовый, голубой, желтый и персиковый горох, с широкой голубой шелковой лентой в качестве завязки. Они сидели на мне почти так же свободно, как и штаны Макса, и я осторожно натянула их на поврежденную ногу.

К штанам прилагалась голубая футболка с длинным рукавом и круглым вырезом. Я стянула полотенце с волос, Макс забрал его у меня и вытер руки, а потом повесил на вешалку, пока я одевалась.

Когда Макс повернулся ко мне, я взяла расческу и резко провела ею по волосам.

— Что сказал доктор? — прошептала я.

— Она в порядке. Все органы работают. Он считает, что она недолго пробыла в воде, — прошептал в ответ Макс. Я кивнула и продолжила драть волосы расческой. — Здесь Барб и Даррен, им позвонил Коттон. — Увидев, что я не понимаю, Макс продолжил: — Мама и папа Минди.

— Ох.

Я продолжала дергать расческу сквозь волосы, когда Макс обхватил пальцами мое запястье и забрал у меня расческу.

— Я расчесываюсь, — сообщила я ему и увидела, как его взгляд скользнул на мой лоб, потом на плечи, а потом вернулся ко мне.

— Ты справилась, Герцогиня.

— Ох, — повторила я.

Макс бросил расческу на раковину и за запястье притянул меня ближе. Другая рука легла на мое бедро.

— Малышка, — мягко сказал он и наклонил голову, так что я видела только его лицо, и меня затопили эмоции, угрожающие разорвать меня на клочки.

Я замотала головой, короткими, быстрыми, лихорадочными движениями.

— Нет, Макс, нет, не сейчас, пожалуйста, — шепотом взмолилась я.

Макс отпустил мое запястье, но его рука легла мне на шею, и он согласился.

— Хорошо, милая, мы поговорим позже.

Я благодарно кивнула и прижалась лбом к его груди.

— Мне нужно несколько секунд, прежде чем выйти отсюда, — тихо сказала я.

— Мы подождем столько, сколько тебе нужно.

Я сделала глубокий судорожный вдох и пробормотала:

— Перестань быть хорошим.

Макс ничего не ответил и не пошевелился. Он просто стоял, положив одну ладонь на мое бедро, а вторую на шею. Я положила руки ему на пояс и просто держалась за него.

Через некоторое время я сказала:

— Хорошо.

Макс поцеловал мою макушку и повторил мои слова:

— Хорошо.

Потом он взял меня за руку и вывел меня в комнату.

Рыжеволосая женщина, чьи волосы привлекательно оттеняли белые прядки, сидела на кровати спиной ко мне и лицом к Минди, закрывая ее от меня. Рядом с ними около кровати стояла более старшая версия мужчины Колорадских гор. Никто из них не обернулся ко мне, а женщина что-то шептала Минди.

Макс молча провел меня через комнату, и я уже отворачивалась от кровати, удостоверившись, что с Минди все хорошо, она вне опасности, со своей семьей, но наткнулась на взгляд Броуди.

Прочитав чувства, горевшие там, я замедлила шаги, и Макс сжал мою ладонь, потянув меня дальше и прижав наши сомкнутые руки к своему боку. Я продолжила движение, но не отворачивала голову, глядя в глаза Броуди, и в моих собственных глазах закипали слезы.

Броуди кивнул мне, когда мы с Максом дошли до лестницы, я кивнула в ответ и еще раз судорожно вздохнула, увидев, как одинокая слеза скатилась по щеке этого сурового горного мужчины.