Евгения - Unknown

Никсон отшатнулся от меня, и его взгляд встретился с моим.

— Послушай меня внимательно, потому что я не хочу, чтобы ты когда-нибудь забывала о том, что я сейчас тебе скажу.

Мое тело качнулось в его руках, но он прижал меня к себе крепче.

— Помнишь, что я говорил об обещаниях?

Я кивнула.

—Я обещал, Трейс. Я обещал твоему дедушке, что с тобой ничего не случиться. Он считал, что чем дольше я нахожусь рядом с тобой, тем быстрее Феникс обо всем догадается. Он уже обвинял тебя во всем, в чем только можно обвинить. Если бы он увидел нас вместе… — он выругался и на краткое мгновение опустил взгляд вниз, прежде чем снова поднять его на меня. — Я должен был заставить тебя поверить мне. Я не знал, как еще поступить. За день до того, как мы поговорили, я думал… Блин, Трейс, я думал, что ты знаешь меня лучше. Я буду защищать тебя, пока не умру, даже если это означает, что мне придется защищать тебя от самого себя. Потому, что защищая тебя от себя, я защищаю тебя и от них тоже.

— Но ты не защищал меня от них.

— Теперь я это знаю. И я не уйду, но Чейз…

— Я люблю его тоже, — пожала я плечами. — Он был со мной рядом тогда, когда не было тебя.

— Ты любишь его так же, как любишь меня? — спросил Никсон.

— Кто сказал, что я люблю тебя? — парировала я.

— Ты это сказала.

— Когда?

— В ту ночь, когда…

Я ухмыльнулась.

— Рад видеть, что у тебя все еще есть чувство юмора, — Никсон закатил глаза, наклоняя голову еще ближе ко мне. — Я пойму, если ты не готова. Вот дерьмо, я даже не уверен, готов ли я сам, но Трейс, я действительно хочу поцеловать тебя.

Я кивнула.

— Для начала, мне нужно принять ванну, потому что я не хочу ощущать его прикосновения на себе, когда меня будешь трогать ты .

Никсон кивнул и попятился, когда я встала перед ним. Он осторожно помог мне снять куртку, которую дал мне Чейз.

— Сукин сын! — он выглядел так, словно вот-вот готов был пробить стену насквозь. Я посмотрела вниз и заметила огромный проявляющийся синяк, распространившийся почти на весь мой живот. Глаза Никсона блестели от слез, когда он протянул руку, чтобы убрать в сторону волосы с моего плеча и осмотреть шею. Я уверена, там тоже были синяки.

Вы могли бы подумать, что стоя перед Никсоном в одной юбке и бюстгальтере… я буду чувствовать себя слабой и уязвимой, но вместо этого я ощущала себя вполне нормально и даже комфортно. Как будто он был единственным человеком, перед которым я была в состоянии находиться почти голой, даже после тех испытаний, которым я подверглась, и чувствовать себя в безопасности.

Он закрыл глаза и сжал пальцами переносицу.

— Переломать ему руки было недостаточно. Этого слишком мало. Я собираюсь отрезать ему язык и…

— …мы можем не говорить о нем?

— Извини, — пробормотал Никсон. Он потянулся к крану около ванны и включил воду. Он добавил туда пены, старательно отводя от меня взгляд, пока я раздевалась. Так же он успел сказать что-то о Чейзе, и о том, что не стоит задавать ему каких-то вопросов.

Мое сердце сжалось. Когда я думала о Чейзе, мне становилось веселее на душе. Это было странно, но я скучала по этому парню, который вечно ошивался вокруг меня. Я скучала по его чувству юмора, по нашим легким и непринужденным дружеским отношениям, и по его защите. Я скучала по нему в этот самый момент, потому что его шутки могли бы помочь прогнать мое гнетущее состояние после выходки Феникса.

Очнувшись от раздумий, я отогнала мысли прочь и стала ждать, когда ванна полностью наполнится. Вода в ней пахла потрясающе.

Никсон повернулся ко мне, потирая шею, после чего развернул меня к себе спиной и расстегнул мою юбку. Она упала на пол.

Его руки мягко касались синяков на моих бедрах, пока он внимательно их рассматривал, потом снова развернул меня обратно к себе. Он несколько раз сглотнул и жестом указал на ванну.

— Я отвернусь, пока ты будешь залезать туда, и пены должно быть достаточно, чтобы прикрыть тебя.

— А если не достаточно?

— Тогда я буду притворяться, что ничего не вижу, — сказал он сквозь стиснутые зубы.

Я стянула с себя лифчик и трусы, быстро погрузившись в воду. Однако я не рассчитывала на то, что дно окажется настолько скользким, поэтому с воплем поскользнулась, но сильные руки успели поймать меня, и, конечно, задели мою грудь.

Никсон, как герой, продолжал стоять позади меня, пока я опиралась на него.

— Ты в порядке? — спросил он охрипшим голосом.

— Да, извини. Здесь скользко.