Евгения - Unknown

— Трейс, мне нужно, чтобы ты выслушала меня, прямо сейчас. Возьми это, — он вручил мне черную ключ-карту. — Ты сейчас не просто уйдешь. Ты убежишь так быстро, как только сможешь. Беги в здание, садись в лифт, спускайся в чертов холл и закрой дверь, пока я не приду и не заберу тебя. Ты поняла?

Будучи взволнованной, все, что я могла, это кивнуть. Никсон взял мою ладонь, вложил в нее ключ-карту и сказал:

— Беги.

Ему не пришлось повторять дважды. Я бежала, как из ада. И пока я бежала, я думала лишь о том, почему же я не была в безопасности в собственной школе? И как эти автомобили проехали сюда?

Я приложила карту и побежала к общежитию. Когда я зашла в лифт, могу поклясться, я видела дедушку.

Боже, я скучала по нему. Вот почему я сходила с ума.

Лифт оповестил о прибытии, и я ринулась в комнату, заперев за собой дверь. Монро уже была в кровати.

— Какого черта, Трейс? Тебя преследуют убийцы?

Я покачала головой, задыхаясь.

— Я не знаю. Я просто… Никсон сказала мне бежать, и я побежала. И он подрался с Фениксом и Тимом, и…

— Все в порядке, — быстро ответила Монро. — Ты видела драку?

Я кивнула.

— Тогда ты знаешь, что Никсон может позаботиться о себе сам, не так ли?

Я снова кивнула.

— Замечательно. Теперь давай посмотрим фильм.

— Что?! — заорала я. — Я не могу просто спокойно смотреть кино в то время как твоего брата могут убить!

Монро расхохоталась:

— Поверь мне, никто не будет настолько глуп, чтобы убить моего брата.

— Ты с ума сошла? Я… — мой телефон зазвонил.

Ну, по крайней мере, он работает. Я была уверена, что он был сломан после инцидента с водой. Я посмотрела на номер входящего звонка. Ох, вовремя!

— Привет, дедушка! — я практически кричала в трубку.

Он усмехнулся на другом конце:

— Душистый горошек, как твоя первая неделя в школе?

— О… Знаешь… Эм… Скучно, — солгала я.

— К тебе хорошо относятся в этой причудливой школе?

Я сразу же расслабилась. Я так скучала по нему. И я старалась не выдать волнение, потому что, если бы я сказала ему, что здесь происходит, он приехал бы со своим ружьем и сторожил бы меня под дверью. Они с Никсоном в этом были похожи.

— Да, все супер-крутые.

— Ох, милая, я знал это. Я так рад.

Спустя некоторое время тишины, он добавил:

— Трейс? Ты открыла бабушкину коробку?

Я счастливо вздохнула:

— Да, сэр! Я посмотрела в ней не все, но сегодня я одела кулон!

— Я горжусь тобой! Она любила его, Трейс.

Мне безумно хотелось спросить его больше об этом, но мне позвонили по второй линии.

— Эй, дедуль, можно я тебе перезвоню?

— О нет, не беспокойся обо мне, Трейс. Я еще должен покормить коров на ночь. Держись подальше от неприятностей, хорошо?

— Хорошо! Я люблю тебя!

— Трейс, я люблю тебя больше. Спокойной ночи, душистый горошек.

— Спокойной ночи!

Я переключилась на другую линию.

— Да?

Все, что я услышала, так это жуткое дыхание на другом конце провода. Потрясающе. И это было отличным завершением сегодняшней ночи. Я быстро нажала на отбой и бросила телефон на кровать.

— Ты в порядке? — спросила Монро. — Как дедушка? Хм, почему бы нам не посмотреть фильм «Предложение»?

— Нет. Слишком много всего для одного дня, — с ворчанием я шлепнулась на кровь и застонала.

— Эй, — кровать прогнулась под весом Монро, которая села рядом. — Все будет хорошо, я обещаю. Никсон… Видишь ли, вот в чем дело — это же Никсон. Я уверена, что у него была веская причина, чтобы отправить тебя сюда, но давай не будем забывать о том, насколько обеспокоен и заботлив может быть братец медвежонок.

— Верно, — я вздрогнула, но не из-за страха, а из-за того, что у Никсона и братца медвежонка мало общего.

Раздался стук в дверь. Я резко бросилась к ней. Чуть не спотыкаясь об одеяло, я дернула ручку.

Никсон стоял, прислонившись к дверному проему, и смотрел в свой телефон. Недолго думая, я развела его руки в стороны и обняла его. Тут в действие вступают правила о неприкосновенности и о том, что я не должна дышать одни воздухом с ним. Но я так волновалась и…

Черт, он был, словно теплая статуя. Его руки очень медленно обняли меня вокруг талии.

В этот момент я была уверена, что его руки — это лучшее место. Наслаждение не продлилось слишком долго. В ту же секунду я поняла, что на нем нет ни синяков, ни царапин, и вообще, он писал кому-то сообщение, когда я его обняла.

С криком я отшатнулась и ударила его в грудь:

— Ты чертовски напугал меня!

Он усмехнулся: