Suvor - Unknown

Роудс открыл внутренние ворота, ведущие на территорию для посетителей.

- Скорее всего, Дебби вошла тут, - произнес он. – Мы обнаружили много крови возле ведра и швабры, поэтому, вероятнее всего, он напал на нее утром, когда она чистила вольер.

- А во сколько это могло произойти?

- Около восьми или девяти утра. В девять зоопарк открывается для посетителей. Рафики кормили в ночной комнате прежде, чем выпускали в вольер.

- А там установлены какие-либо камеры слежения?

- К сожалению, нет, поэтому у нас нет никакой записи происшествия или того, что могло ему предшествовать.

- А что насчет психического состояния жертвы… Дебби? Не находилась ли она в депрессии? Не переживала ли о чем-то?

- Детектив Риццоли задала такой же вопрос. Не было ли это самоубийством при помощи кошки? – Роудс отрицательно помотал головой. – Она была очень позитивной, оптимистичной женщиной. Не могу представить, что она способна совершить самоубийство, даже несмотря на то, что происходило в ее жизни.

- А что такого в ней происходило?

Он помолчал, все еще держась рукой за ворота.

- А разве в жизни людей постоянно что-то не происходит? Я знаю, что она недавно порвала с Грегом.

- С тем самым доктором Оберлином, ветеринаром?

Он кивнул.

- Мы с Дебби говорили об этом в воскресенье, когда отвозили тело Ково к таксидермисту. Казалось, она не особо переживала по этому поводу. Скорее… словно освободилась. Думаю, Грег воспринял это намного болезненнее. Для него все было нелегко, поскольку они оба здесь работали и виделись не реже раза в неделю.

- И, несмотря на это, они ладили?

- Насколько я могу судить, да. Детектив Риццоли разговаривала с Грегом, и он просто раздавлен произошедшим. И, предотвращая Ваш следующий вопрос, Грег сказал, что он был далеко от этой клетки, когда все случилось. Он сообщил, что прибежал сюда, когда услышал крики.

- Крики Дебби?

Роудс побледнел.

- Сомневаюсь, что она прожила достаточно, чтобы успеть издать хотя бы звук. Нет, закричала какая-то посетительница. Она увидела кровь и позвала на помощь.

Он распахнул дверь вольера, Маура застыла, потрясенная следами кровавой расправы. Так вот что Джейн назвала «ведрами крови», и они расплескались по листве, свернулись лужицами, указывающими точное направление. Брызги артериальной крови дугообразно разлетелись в разные стороны всплеском последнего отчаянного сердцебиения жертвы.

Роудс опустил глаза на упавшее ведро и грабли.

- Вероятно, она даже не заметила, как он приблизился.

В человеческом организме содержится пять литров крови, и именно здесь Дебби Лопез пролила большую ее часть. Кровь все еще была влажной, когда люди прошли по ней: Маура увидела множество отпечатков обуви и мазков на бетоне.

- Если он напал на нее здесь, - сказала она, - зачем он оттащил ее к задней части клетки? Почему не съел там, где она упала?

- Потому что инстинкт леопарда приказывает ему охранять свою добычу. В дикой природе есть падальщики, которые могут вступить с ним в драку за нее. Львы и гиены. Поэтому леопарды всегда утаскивают добычу подальше.

Кровавые мазки отмечали путь леопарда, который тащил свой приз из человеческой плоти по бетонной дорожке. На этом пути из потеков и мазков крови выделялся один отпечаток лапы - пугающее свидетельство размера и мощи этого убийцы. Путь вел к задней части вольера. У основания массивного искусственного валуна лежало тело, накрытое оливково-зеленым одеялом. Мертвый леопард растянулся рядом, распахнув челюсти.

- Он оттащил тело вверх на уступ, - пояснил Роудс. – Мы опустили ее вниз, чтобы сделать искусственное дыхание.

Маура посмотрела на валун и увидела засохший ручеек крови, стекавший с уступа.

- Он смог затащить ее наверх?

Роудс кивнул.

- Вот насколько они сильные. Они способны затащить большого куду 44на дерево. Их инстинкт заставляет забираться высоко и подвешивать тушу на ветку, где они спокойно могут наесться. Именно так он и собирался сделать, когда Грег пристрелил его. К тому времени Дебби уже была мертва.

Маура натянула перчатки и присела, чтобы снять одеяло. Один взгляд на то, что осталось от горла жертвы, сказал ей: в этом нападении выжить было невозможно. В потрясенном молчании она уставилась на раздавленную гортань и открытую трахею, на шею, разорванную настолько глубоко, что голова откинулась назад, практически отделенная от тела.

- Вот как они это делают, - проговорил Роудс дрожащим голосом, отводя взгляд. – По своей природе кошки рождены, чтобы быть совершенными машинами для убийства, и они вцепляются прямо в горло. Они ломают позвоночник, разрывают яремную и сонную артерии. Прежде чем начать есть, они всегда проверяют, мертва ли их добыча. Могу сказать, что смерть была быстрой. От кровопотери.