Suvor - Unknown

- Вот она, моя маленькая тыковка, - ворковала Анджела, заводя Реджину в дом. – Бабуля так рада тебя видеть. Давай-ка сегодня пройдемся по магазинам, да? Тебе не надоел этот грязный комбинезон? Мы купим тебе что-нибудь новое и миленькое.

- Не люблю миленькое!

- А как насчет платья? Пышного платья, как у принцессы.

- Не люблю принцесс.

- Но каждая девочка хочет стать принцессой!

- Думаю, она предпочла бы стать лягушкой, - заметила Джейн.

- О, ради всего святого, она в точности как ты, - расстроено вздохнула Анджела. – Ты никогда не позволяла надеть на себя платье.

- Не каждой дано стать принцессой, мам.

- Или найти себе прекрасного принца, - пробормотала Анджела, уводя в дом внучку.

Джейн прошла за ней на кухню.

- Что случилось?

- Я собираюсь сделать себе еще кофе. Ты будешь?

- Мам, я же вижу, что что-то происходит.

- Тебе пора на работу. – Анджела усадила Реджину на высокий детский стул. – Иди и поймай несколько плохих парней.

- Тебе слишком тяжело присматривать за ней? Знаешь, ты и не обязана. Она достаточно взрослая для детского сада.

- Моя внучка в детском саду? Ни за что.

- Мы с Габриэлем обсуждали это. Ты и так слишком много для нас сделала и заслуживаешь отдыха. Наслаждайся своей жизнью.

- Она – это то, чего я с нетерпением жду каждый день, - ответила Анджела, показывая на свою внучку. – Единственное, что позволяет мне не думать о…

- О папе?

Анджела отвернулась и принялась наливать воду в кофеварку.

- С тех пор, как он вернулся, - сказала Джейн, - я не видела тебя счастливой. Ни одного единого дня.

- Мне очень сложно сделать выбор. Я прикидываю так и эдак, тяну время. Мне хочется, чтобы кто-то просто сказал, как поступить, чтобы мне не пришлось выбирать между ними.

- Выбор должна сделать ты сама. Папа или Корсак. Думаю, следует выбрать мужчину, который делает тебя счастливой.

Анджела повернула к ней свое измученное лицо.

- Как я могу быть счастливой, когда придется провести остаток жизни с чувством вины? Когда твои братья твердят, что мой выбор разрушит семью?

- Не ты решила уйти. Это сделал папа.

- А теперь он вернулся и хочет, чтобы все мы снова были вместе.

- Ты имеешь право двигаться дальше.

- Когда оба моих сына настаивают на том, чтобы я дала вашему отцу еще один шанс? Отец Доннелли говорит, что так и должна поступить хорошая жена.

«Просто прекрасно, - подумала Джейн. – Католическая вина была самой мощной из всех возможных».

Зазвонил мобильный Джейн. Она посмотрела на экран, увидела, что звонит Маура и переключила телефон на голосовую почту.

- И бедный Винс, - сказала Анджела. – Из-за него я тоже чувствую себя виноватой. Из-за всех тех свадебных планов, которые мы строили.

- Это все еще возможно.

- Я не вижу, как это возможно, не сейчас. – Анджела откинулась на стуле, пока кофеварка булькала и шипела за ее спиной. – Прошлым вечером я наконец-то ему сказала. Джейни, это было самым трудным, что я когда-либо делала в жизни.

«И это была заметно по ее лицу. Опухшие глаза, опущенные уголки рта – была ли это новая и будущая Анджела Риццоли, святая жена и мать? В мире уже и так слишком много мучеников», - подумала Джейн. Мысль о том, что ее мать присоединится к их легиону, разозлила ее.

- Мам, если это решение делает тебя несчастной, ты должна вспомнить о том, что это твое решение. Ты сама выбираешь не быть счастливой. Никто не может заставить тебя это сделать.

- Как ты можешь такое говорить?

- Потому что это правда. Ты – хозяйка положения, и ты должна взять ситуацию в свои руки.

Ее телефон подал звук текстового сообщения, и она увидела, что это снова была Маура: «НАЧИНАЮ ВСКРЫТИЕ. ТЫ ЕДЕШЬ?»

- Давай, езжай на работу, - махнула рукой Анджела. – Тебе не нужно заморачиваться этим.

- Я хочу, чтобы ты была счастлива, мам. – Джейн повернулась к двери, а затем снова посмотрела на Анджелу. – Но ты тоже должна этого хотеть.

Для Джейн стало облегчением выйти наружу, подышать свежим холодным воздухом и очистить легкие от мрака дома. Но ей не удалось избавиться от злости на своего отца, братьев, отца Доннелли и на каждого мужчину, который посмел сказать женщине, в чем заключался ее долг.

Когда телефон снова зазвонил, она ответила с раздражением:

- Риццоли!

- Э-э-э, это я, - произнес Фрост.

- Да, я уже еду в морг. – Буду там через двадцать минут.

- А ты еще не там?

- Мне пришлось заехать к маме. А ты почему не там?

- Подумал, что лучше будет, если я… э-э-э… займусь другими вещами.