Mirror - Unknown

– Привет, Элли, – сказал он. – Ты уже сдала работу?

– Да, слава богу, – ответила я, чересчур ему улыбаясь. Господи, почему я не могу вести себя нормально в присутствии парней? – Рада наконец-то от нее избавиться.

– И не говори. Теперь я смогу спокойно почитать Керуака, не задумываясь о его связи и современным обществом.

Я вежливо засмеялась, мысленно радуясь, что я не была человеком, который в свободное время читает Джека Керуака.

– В любом случае, – продолжил он, – ты придешь на завтрашнюю большую вечеринку, по случаю сдачи диплома?

– Вечеринку? Эмм, нет. Я ничего о ней не слышала, – честно ответила я.

– О, о ней писал в «Фэйсбуке»… думаю, тебе тоже отправляли приглашение. Собираемся у меня и Мэтта, будет клево, если и ты придешь.

Я пожала плечами.

– Звучит весело. Увидимся там. – улыбнувшись ему на прощание, я пошла в сторону лестницы. Я сдала свою статью, и теперь у меня было время сосредоточиться на моей дружбе с Ларой. Пришло время вернуть мою лучшую подругу. Я вышла из кампуса, села на любимое место на лестнице перед зданием.

Лара, есть время поболтать? Мне нужно кое-что тебе рассказать.

Я отправила сообщение, и сидела на лестнице, покусывая ногти в ожидании ее ответа. Пару минут спустя пришло оповещение.

Привет, Элли. Прости, сейчас не самое подходящее время. Я у родителей в Гилфорде. Давай пообщаемся позже. ХХХ

Я была разочарована. Почему она не хотела говорить? Меня бесило, что она до сих пор меня избегала, ведь мы давно помирились. Раз я обо всем забыли, так почему она не могла сделать тоже самое? Тогда я перечитала ее сообщение. Она быстро ответила, и добавила в конце поцелуи. Она бы этого не сделала, если бы до сих пор на меня злилась.

Она была в Гилфорде и не ненавидела меня. Я неожиданно поняла, это была прекрасная возможность. Я могла бы поехать к ней, прямо сейчас, и увидеться. Это же всего час езды. Я схватила сумку и поспешила в метро.

***

Я шла знакомой дорогой к дому родителей Лары. У дома стоял припаркованный серебряный спортивный автомобиль, а это значит, они были дома. Под ногами шумел гравий. Сердце бешено стучало, а ладони вспотели. Я уговаривала себя успокоиться. Я пришла в гости к лучшей подруге, я полжизни провела в этом доме, и ее семья была мне почти родной.

Прикусив губу, я нажал на звонок, закрыла глаза, читая про себя молитву. Господи, души, все кто может, помогите мне, пожалуйста. Пусть она меня не ненавидит. Придайте мне смелости. Александр Македонский, если ты там, помоги мне, как грек греку? Я понимаю это не такое великое событие как твое завоевание мира, но все же…

Дверь открылась и на пороге показалась весьма расстроенная мама Лары. Ее обычно идеально уложенные волосы были совраны в небрежный хвост. На ней была флисовая кофта и леггинсы. Я и не знала, что у нее в гардеробе есть такая одежда. Ее фирменные жемчужные сережки тоже отсутствовали.

– Стефани? У вас все хорошо?

Она взглянула на меня и облегченно вздохнула.

– О, Элли, слава богу, это ты. Я давно ждала, когда же Лара образумиться и позвонит тебе. Проходи. Она в своей комнате.

Я не понимала, что происходит, но все же прошла в дом.

– Она вроде как… мне не звонила. Но можно мне подняться к ней?

– Ох… – ответила Стефани. Она кивнула головой и улыбнулась. – Конечно, прости. Что я держу тебя в коридоре. Ты же помнишь дорогу.

Я быстро улыбнулась и поднялась на второй этаж. Я была сбита с толку. Откуда Стефани узнала о нашей ссоре? Я знала, Лара была близка с мамой, но не настолько же. У нас с Ларой обеих были мамы, от которых иногда хотелось избавиться. Я постучала в ее дверь.

– Да? – крикнула она.

– Это я, – ответила я, и толкнула дверь. Лара сидела на своей кровати, ее длинные светлые волосы были собраны в пучок на макушке. Она была окружена вещами: одеждой, косметикой, книгами, и коричневыми коробками.

Она была в шоке при виде меня.

– Элли, что… что ты тут делаешь?

– Мы… я хотела с тобой поговорить, – тихо ответила я. – Но что происходит? Зачем все эти коробки?

Она посмотрела на меня и расплакалась. За все годы нашей дружбы я никогда не видела ее плачущей. Первые секунды я молча стояла на месте, но потом мои инстинкты взяли надо мной верх, и я бросилась к ней. Мы сидели на кровати, обнявшись. Я обнимала ее, пока она плакала в мой свитер. Вскоре ее плечи перестали содрогаться и она просто шмыгала носом.

– Прости меня, – сказала она, – я … не хотела…