Aleksandra Sokolova - Play

-Брось! Тебе всего двадцать четыре года. Жизнь только начинается, и вполне можно успеть урвать от нее максимум.

Ира вдруг поддержала Ксюху.

-Тут в триста раз больше возможностей, - сказала она, - да и не на пустое место же поедешь. Друзья в новом городе - большое дело.

Коля обещал подумать, на этом и порешили.

Вчетвером они провели отличный день - гуляли по парку Горького, залезали на колесо обозрения, поедали сладкую вату и катались на электрических машинках. Ксюха то и дело обнимала Иру, целовала ее в щеку, держала за руку, и радостно видела, что та не делает попыток вырваться.

Уже ночью они отвезли ребят к Ксюхе домой, и пешком пошли к Ириному дому. Шли молча, разгребая ногами опавшие листья, и думая каждая о своем.

У подъезда Ира остановилась.

-В этом месте я должна пригласить тебя зайти? - Спросила она ехидно.

-С чего вдруг? - Удивилась Ксюха.

-Я так понимаю, весь спектакль задумывался для меня? Чтобы я оценила, какая ты стала открытая, и к каким отношениям ты готова?

Это было как плевок в лицо. Как удар в самое незащищенное место.

-Знаешь, Ирка... - Ксюха поджала губы, посмотрела себе под ноги, и, приняв решение, подняла глаза. - Есть такой закон в физике - что не надо пытаться прыгнуть выше головы. И что если ты приложил максимум сил к тому, чтобы сдвинуть стену, а она при этом все равно не сдвигается - значит, пора прекратить это бессмысленное занятие.

-Ты о чем? - Вкрадчиво спросила Ира.

-Я о том, что мне, кажется, начинает надоедать за тобой бегать. Я изменилась, и ты прекрасно это видишь. Если при всем при том ты все равно мне не веришь - что ж. Я устала доказывать, что я не верблюд.

Она пожала плечами, и начала спускаться с лестницы.

-Подожди.

Обернулась. Ира по-прежнему стояла у подъездной двери.

-Иди сюда.

Сделала несколько шагов. Посмотрела в глаза. Впервые за все последние месяцы в них не было ни капли ехидства.

-Я просто боюсь, Ксюш, - сказала Ира, и Ксюхино сердце дрогнуло от этого "Ксюш". - Вот сейчас я снова поверю, а ты опять сделаешь что-то, после чего мы уже не сможем быть рядом. И мне опять придется зализывать раны, рисовать лицо, и реветь ночами в одиночестве.

-Ты хочешь гарантий? - Просто спросила Ксюха. - У меня их нет.

-Знаю. Я просто хочу знать, что ты на самом деле ко мне чувствуешь?

Она задала этот вопрос испуганно, и Ксюха вдруг испугалась тоже. Об этом она никогда не думала - вернее, всеми силами старалась не думать. Потому что правильным ответом было бы "Я люблю тебя", а эти слова она могла сказать только одной женщине в мире. И этой женщиной была не Ира.

-Я влюблена, - ответила она, будто в омут бросаясь, - влюблена в тебя, в твое ехидство, в твою независимость, в твою красоту и тепло. Я не знаю, любовь ли это, и сможет ли когда-нибудь стать любовью, но точно знаю, что хочу попытаться. Не просто попытаться - "авось получится", а приложить усилия к тому, чтобы у нас получилось.

И застучало молоточками в висках: "Комутыврешькомутыврешь", но она отмахнулась: "Япочтиневрупочтиневру".

-Ты хочешь отношений? - Спросила Ира. - Семью?

Семью? Так далеко она никогда не думала. Да и каким образом можно создать семью с женщиной? Жить вместе - возможно, встречаться - да, трахаться - конечно, поддерживать друг друга - безусловно, но семью?

-Ирка, я чувствую себя сейчас старым холостяком, от которого требуют немедленного предложения. Я не готова сейчас встать на колено и вручить тебе кольцо. Пойми и меня тоже - я приняла это в себе совсем недавно, и так далеко мое принятие еще не зашло.

-Тогда чего ты хочешь? Конкретно?

-Хочу встречаться с тобой, проводить время вместе, любить друг друга. Потом - наверное, съехаться и жить вместе. Все. Дальше я пока не смотрю.

Ира отвернулась и побарабанила ногтями по железной двери.

-Ковальская, ты мне как будто бизнес-проект предлагаешь. Обозначаешь границы, риски, и так далее... Тебе не кажется, что отношения - это несколько про другое?

-Ирка, - Ксюха ухватила ее за руку и сжала ладонь, вынуждая посмотреть на себя, - мы с тобой по-другому уже пробовали. По-моему, ни для одной из нас это ничем хорошим не кончилось. И потом, ты все спрашиваешь о том, чего хочу я. А чего хочешь ты?

Ира долго молчала.

-Помнишь, как ты приехала с каникул после первого курса, и мы оказались практически вдвоем во всей общаге? Помнишь, как брызгались в умывалке, и бегали по коридору со сковородкой? Как ты швырялась в меня черешней и орала, что я дура? Я хочу, чтобы снова было так. А то, что ты мне предлагаешь - это какой-то кусочек тебя, скорее осознанный, чем эмоциональный, которым я, конечно, буду владеть безраздельно, но всегда буду знать, что есть еще что-то... Что-то, что принадлежит не мне.