Aleksandra Sokolova - Play

Джон вылез из кровати, потянулся и натянул на голое тело джинсы.

-Закажем пиццу? - Предложил он.

Ксения сморщилась, но он, не обратив на это никакого внимания, отправился за телефоном. Вернулся через пять минут и снова плюхнулся на диван.

-Ну а что там с этим мелким ублюдком? - Спросил он. - Что он опять вытворил?

-Мы были на даче, и все было неплохо, пока он не нажрался как свинья и не отправился пешком в Москву. Мы искали его всю ночь, Ася чуть с ума не сошла, а с него как с гуся вода.

-Не надо было искать, - пожал плечами Джон, - история стара как мир. Пока ты играешь в его игры, он будет продолжать играть.

-Я не могу не искать, - сердито сказала Ксения, - и ты прекрасно это знаешь.

-Застарелое чувство вины? - Засмеялся Джон. - Детка, это даже уже не смешно.

-А я и не смеюсь. Все бы ничего, если бы Асю это так не дергало. Но ведь дергает же! Я иногда слышу, как она плачет ночами - уверена, что из-за него.

-Ну и что? Ты собираешься снова водить вокруг него хороводы?

-Нет. Теперь водить хороводы будешь ты.

BACK

-Ты обещал.

-Детка, ну пожалуйста, о чем я буду с ним говорить?

-Ты обещал.

-Черт возьми, я понятия не имею, как воспитывать этих дурацких детей!

-Ты обещал.

-Ладно! Ладно, черт. Хоть мне и не хочется. Скинь мне ссылку этого его дурацкого чата, я попробую.

FORVARD

Привезли пиццу. Джон уселся с ней на полу на кухне, рядом пристроилась Ксения.

-Я пытался, - сказал он, продолжая разговор, - ты прекрасно знаешь, чем это кончилось. Ну узнали мы, что он тебя ненавидит - так это и так было понятно. Вроде как узнали, по какой причине - но, мне кажется, главную причину он так и не назвал.

-Я хочу, чтобы ты продолжал, - сказала Ксения, - чтобы стал ему другом. Может быть, тогда...

Джон расхохотался, держа в одной руке кусок пиццы и болтая в воздухе ногами.

-И снова на арене Ксения Ковальская в роли бога. Ксюх, ну когда ты уже оставишь людей в покое и дашь им возможность жить как они хотят?

-Когда он перестанет трепать нервы Асе, - жестко ответила она, - я знаю, что тебе все это не нравится, но помни - ты обещал.

-Ладно, - он откинулся на спину и задумался, глядя в потолок.

Ксения тоже притихла. Она слушала, как где-то в сумке разливается виброзвонком мобильный, но ей было все равно.

-А ведь ты из-за него так не любишь детей, - сказал вдруг Джон, - не будь в ее жизни этого мелкого придурка, тебе было бы гораздо легче.

-Не знаю, - лениво пожала плечами Ксения, - может и так. Но он есть, и с этим приходится считаться.

Она потерлась носом о Женино голое плечо и продолжила:

-Беда в том, что я совершенно точно понимаю, что все делаю не так. Что бы я ни попробовала - это не работает. Но что еще ему нужно - я просто не понимаю.

-Может, проблема в том, что ты изначально смотришь на него как на врага? Ну не на врага, ладно, но на помеху, которая мешает тебе жить.

-Черта с два! - Вскинулась Ксения. - Ты прекрасно знаешь, что я пыталась с ним подружиться, пыталась понять, чего он хочет, чего ему, черт возьми, надо. Но не вышло. Он не пускает меня, Джон.

-Я бы тоже не пустил, - его слова словно ушат холодной воды окатили Ксению с головы до пят. Она заглянула ему в лицо.

-Что?!

Джон был сама невозмутимость. Подхватил еще кусок пиццы, сжевал, и сыто погладил живот.

-Ты - враг для него. С самого детства, - лениво пояснил он, - и на твоем месте я бы поискал причины именно там.

-Господи, я тебя умоляю, - нервно рассмеялась Ксения, - давай не будем играть в психоанализ. Я не готова стать его психотерапевтом.

-А кем готова?

Вот это был хороший вопрос. Ксения надолго задумалась, закусив губу и уставившись в рисунок обоев на стене. Кем я готова ему стать? Матерью? Избави боже. Другом? Пожалуй, тоже нет - едва ли этот мальчик умеет дружить, а если даже и умеет - зачем он мне в качестве друга? Но кем же тогда? Кем?

Получалось, что никем. Получалось, что Джон прав, и Кирилл - всего лишь досадная помеха, даже не враг, а так - грязь под ногами, которая пачкает сапоги и заставляет то морщиться от досады, а то и ненавидеть.

-Какое же я дерьмо, Джон, - тихо и безысходно сказала она.

Он в ответ кивнул и ничего не сказал.

Далеко за полночь Ксения последний раз обняла его - любимого и единственного друга, и с грустью покачала головой.

-До скорого?

Он стоял в дверном проеме - высокий, красивый, со своими русыми, падающими на лоб волосами и голубыми глазами, с атлетичным торсом и ухмыляющимся взглядом.

-Детка, - сказал он, полностью проигнорировав ее вопрос, - помни, что это ты. Это твоя жизнь. И твой выбор - всегда, каждую секунду, выбор. И каким бы дерьмом ты ни была, я все равно очень тебя люблю.