Оксана Капустинська - Unknown

Надеюсь, Карсон с этим эксклюзивным интервью для них, положит в этом конец. Я

молилась, чтобы так и случилось, потому что все это становилось чрезвычайно напряженным.

На следующее утро я проснулась от звука настойчивого стука в парадную дверь. Со стоном, я вытолкнула себя из постели, поглядывая на часы. Было едва семь часов. Стук продолжался, и Саша проснулась тоже. Она немного сердито посмотрела на меня, когда я двинулась к выходу из спальни, следуя к двери, и потирая уставшие глаза.

После проверки цепи на двери, я открыла ее, гадая, кто на Земле мог бы стучаться ко мне в дверь, в такую рань. Как только на несколько дюймов приоткрылась дверь, я услышала щелканье камер. Кто-то сунул руку через щель, засовывая кассетный диктофон мне в лицо.

Я ахнула и тут же попыталась закрыть дверь, но группа людей, стоящих там удерживали её открытой.

– Эмма, это правда, что «The Peoples’ Post» утверждают сегодня утром? Неужели Карсон действительно понятия не имеет? Почему это все держится в секрете?

Я выдохнула и рванула дверь, пытаясь её закрыть.

– Просто уходите! Что вы все здесь делаете? – гневно воскликнула я. Откуда они узнали, где я живу? Как они могли просто появиться около моей двери без предупреждения – разве это не преследование?

Их бесконечные вопросы и щелканье камер продолжалось, пока я, наконец, не оттолкнула руку парня от моей двери, захлопывая ее. Оседая под дверью, я разрыдалась. Чувство оскорбления нахлынуло на меня, потому что группа людей просто поднялась к моей квартире, и в это время утра нагло стучали.

Я стала думать о Рори. Как я собираюсь объяснить ему это? Что-то сегодня было напечатано в газете, потому что репортеры спрашивали, было ли это правдой.

Они все еще колотили в дверь и кричали вопросы, когда вдруг зазвонил телефон. Рори вышел из своей спальни, но глаза оставались все еще наполовину закрыты. Он осекся, когда увидел меня, сидящую на полу, прижавшуюся спиной к двери, и заплаканную, пока люди снаружи стучали и кричали, чтобы привлечь моё внимание.

– Эмма, какого черта? – воскликнул он, подбежав ко мне и оборачивая свою руку вокруг меня. – Что происходит? Кто за дверью?

Я сглотнула и вытерла лицо.

– Репортеры. Не открывай дверь, ладно? Я принесу телефон, – я слабо оттолкнулась и направилась к телефону. Саша заплакала в своей спальне из-за того, что ей явно было не по нраву то, что я оставила ее в кроватке.

Как только я подошла к телефону, я пожалела об этом.

– Эмма, у тебя есть какие-либо замечания к сегодняшней статье «The Peoples’ Post»? –

Они также знали мой номер?

– Нет! Просто оставьте меня в покое. Пожалуйста? – умоляла я. Я действительно не могла справиться с еще большим стрессом в моей жизни. Моя жизнь была достаточно трудна и без людей, которые ставили на меня клеймо стриптизерши в газетах. Я повесила трубку, и он сразу же начал звонить снова.

– Что происходит, Эмма? – потребовал Рори.

Я закрыла глаза, когда начала говорить.

– Там было несколько репортеров, задающие некоторые вопросы обо мне и Карсоне. Они сфотографировали нас вместе на прошлой неделе на мой день рождения, прошлой ночью они тоже были в клубе. Видимо, «The Peoples’ Pos» напечатали что-то обо мне утром, а они все просят комментарии по этому поводу.

Он нахмурился и схватил звонящий телефон из моих рук, с гневным выражением на своем лице.

– Кто это? – требовательно спросил он звонящего. Я так и не услышала ответа, но Рори выглядел еще больше разозлившимся.

– Нет, она не даст каких-либо комментарий! Перестаньте звонить!

Как только он отключился, телефон завибрировал снова. О, Боже, безусловно, уже тот факт, что Карсон дружит со стриптизершей, разве это уже не является большой сенсацией! Если они надеются, что я собираюсь продать его или рассказать что-то личное о нём, то они очень сильно ошибаются!

Я подошла к телефонной розетке и вырвала провод от стены, мгновенно глуша звонок. На несколько секунд повисло гробовое молчание – до тех пор, пока Саша не заплакала еще громче, стук в дверь не возобновился и, спустя тридцать секунд, зазвонил мой мобильный.

Я чувствовала себя в ловушке; я не могла даже покинуть квартиру, потому что там, снаружи, ожидали репортеры. Это на самом деле пугало; ощущение того, что могло быть написано, заставило меня чувствовать тошноту. Я рассматривала вопрос о том, чтобы позвонить Карсону; в конце концов, накануне вечером он все-таки дал мне свой номер. Я быстро решила, что этого делать не стоит, хотя, потому что если бы я позвонила ему, он бы, наверное, примчался сюда, и тогда это еще больше добавило масла к этому рассказу, что был напечатан о нас. Вместо этого, я решила позвонить Мейсону; технически это был его работа.