air - Unknown

Он теперь мой.

И больше никто не притронется к его голой груди.

Больше никто не насладится этим плавным переходом от груди к животу и от живота к бедрам.

Никто больше не коснется этой мягкой дорожки волос, идущей вниз от его пупка.

Став тверже в моей руке, Люк шепчет мое имя и садится, чтобы посасывающими поцелуями прижаться к моей шее.

Больше никто не прикоснется к его члену.

Больше никто не заставит его кончить.

И никто, кроме меня, больше не услышит его признание в любви.

Люк ведет губами вверх по шее и беспомощно стонет, когда я поглаживаю его вверх-вниз и наклоняюсь куснуть его за губу.

В его груди зарождается тихий рык.

– О чем ты думаешь? Так внезапно притихла.

– Я думаю о том, что ты мой, – шепотом отвечаю я.

Отодвинувшись немного, он смотрит на мою руку, в кулаке держащую его.

– Бля, я весь твой.

Мы молча смотрим на мои движения.

– Что ты собралась со мной делать? – снова глядя мне в лицо, спрашивает он.

– А что ты хочешь, чтобы я сделала?

– Поцелуй меня, прикоснись, – Люк откидывается на спину и слегка пожимает плечами. – Не знаю. Хочу все.

У меня тянет в животе от того, как он смотрит на меня – внимательно и широко раскрытыми глазами.

Я пододвигаюсь чуть ближе, чувствуя его член у себя между ног, и он стонет и улыбается.

– Так очень даже. Ты можешь так доставить себе удовольствие и дать мне посмотреть, как кончишь, – его улыбка становится шире. – А я очень люблю смотреть, как ты кончаешь, мисс Лондон.

Я с улыбкой провожу пальцем по его ключицам.

– Ты самый лучший.

Он шутливо удивляется.

– Из всех?

Что-то наполняет мою грудь и понимается вверх по горлу. И я киваю, не в состоянии вслух согласиться, хотя это правда. Он для меня лучший человек на свете.

– Ты такой милый со мной.

– Ну, я на это надеюсь. Я же люблю тебя, – он снова улыбается, когда говорит это, и от того, как от улыбки приподнимаются уголки его глаз, мое сердце делает кувырок.

– Знаю. И чувствую, – наклонившись, я целую его. Мое сердце словно встало на краю пропасти перед прыжком, и перед ним сейчас только бескрайнее небо. – Я тоже тебя люблю.

Люк перестает дышать и напрягается всем телом подо мной.

– Тебе не нужно…

Я перебиваю его:

– Я сказала это не вслед за тобой. Сам ведь знаешь, я не стала бы говорить, если бы это было не так.

Наблюдать, как Люк пытается совладать со своими эмоциями, и больно, и успокаивающе одновременно. Его взгляд тяжелый, и он сглатывает несколько раз.

– Правда? – наконец спрашивает он, но его голос все равно звучит немного сдавленно.

Я киваю.

– Я люблю тебя.

Ни капли не сомневаюсь, что я никогда не чувствовала себя настолько комфортно с Джастином, чья самая широкая улыбка не заставляла меня таять, как всего один мимолетный игривый взгляд Люка.

Люк вглядывается в мое лицо, неровно дыша.

– Лондон?

– Что?

– Поедешь со мной в Беркли?

Моя кровь, испарившись, превратилась в пар, а мышцы растворились. Я знала, что это произойдет, – этот неминуемый выбор между переездом вместе и жизнью на расстоянии.

Люк смотрит на мой рот, и не потому что ждет моего ответа, а потому что я улыбаюсь. Уверена, он не знает, что означает моя улыбка, поскольку у него на лице написана тревога.

Я снова наклоняюсь его поцеловать.

– Нет, малышка, стой, – он удерживает меня за плечо, а мое сердце падает. Он назвал меня малышкой . И это не поддразнивающее прозвище, типа Ямочки или Логан, а что-то инстинктивное, рефлекторно сорвавшееся с его языка.

– Будь сейчас серьезной, – продолжает он. – Мысль, что я буду там, а ты тут… Я все еще могу выбрать UCSD.

Я смотрю в его глаза, и они не улыбаются, но при этом кристально честные. И впервые замечаю, что его левый глаз чуть светлее правого. Мне кажется, я теперь никогда не забуду эту маленькую деталь. Каждый раз мы будем собирать воедино такие нюансы друг о друге, которые составят одно большое «мы», а вот эта заставляет мое горло сжаться от подавленных слез.

Он назвал меня малышкой.

У него разноцветные глаза.

И он хочет, чтобы я поехала с ним в Беркли.

– Я поеду.

Люк таращится на меня.

– Что?

– Я поеду с тобой в Беркли, – говорю я. – Хочу, чтобы ты не отменял свое первое решение. И разлучаться с тобой не хочу.

– И будешь жить со мной?

У меня внутри все подпрыгивает от этой очередной и такой важной детали.

– Ага. Ну то есть в зависимости от того, что ты имеешь в виду. Мы можем жить раздельно.