Fedotov - Hozyin

– По личному делу… – незнакомец прищурился. – Думаю, что вы и есть он!

– Допустим… А вот кто вы?

– Неважно. Но разговор у меня срочный и серьезный.

– Говорите, – Артюхов развел руками, – у меня секретов от товарищей нет.

– Послушайте, Николай Анатольевич, – важный господин явно начал терять терпение, – дело касается только вас и… меня! Садитесь в машину!

– И не подумаю. А вам даю хороший совет: возвращайтесь, откуда приехали. И побыстрее. Здесь тайга – всякое может случиться.

Незнакомец побагровел, несколько секунд сверлил Артюхова взглядом, потом мотнул головой, и оба «бодигарда» вдруг выдернули из-под расстегнутых пиджаков самые настоящие «Кедры» и навели на оторопевших лесовиков – прямо как в плохом боевике.

Артюхов недобро покосился на оружие и направился к внедорожнику.

– В чем проблема-то? – хмуро поинтересовался он, усевшись на заднем сиденье.

Незнакомец, снова превратившись в важного господина, расположился рядом, закинул ногу на ногу и сцепил крепкие кисти рук на колене.

– Проблема в том, Николай Анатольевич, что вы присвоили одну ценную вещь. И ее владелец желал бы получить вещь обратно, не доводя дело… до крайности.

Артюхов присвистнул.

– Вот те на! Неужели тот парень снова в ум пришел?!

– «Тот парень», как вы выразились, всего лишь наемник, которому было поручено эту вещь найти и принести. К сожалению, у него оказалась слабая психика – не выдержал испытания тайгой. Но поскольку вещь он все-таки нашел, надо ее вернуть.

– Не могу, – вздохнул Артюхов. – Рад бы, да не в силах.

– Вы хорошо подумали? – повел бровью незнакомец.

– А что тут думать? Украли вашу цацку у меня!

– Кто?

– Мой помощник, Васька Ведунов.

– Где он сейчас?

– Не знаю. Все случилось ночью…

Артюхов коротко пересказал свое ночное приключение и поразился реакции собеседника. Тот заметно побледнел, пробормотал что-то типа «тамга пробуждается… можем не успеть…», и тут же добавил вслух веско:

– Вы свободны, Николай Анатольевич.

Артюхов в полном недоумении вылез из машины и успокаивающе махнул рукой бригаде. Встав возле дверцы, он краем уха услышал, как незнакомец докладывает по мобильнику:

– Да, господин Беров, к сожалению, мы ее упустили… у тамги новый носитель… постараюсь, но… все, что в моих силах… непременно…

Дальнейший разговор остался Артюхову неизвестен, потому что один из «бодигардов» чувствительно ткнул ему стволом своей «пушки» между лопаток и рыкнул:

– Проваливай!

Николай Анатольевич вразвалочку вернулся к нетерпеливо ожидавшим работягам. Те тут же закидали начальство вопросами. Артюхов неспешно закурил, оглядел их и кивнул на разворачивающийся внедорожник:

– А Васька-то наш, оказывается, томским браткам сильно задолжал!

– То-то он в тайгу рванул!.. – понимающе закивали мужики. И разошлись по своим делам: план по лесозаготовкам с них никто не снимал.

*

Запись разговора по подконтрольной линии (5.08.09; 11:44).

– Ну, здрав будь, Андрей Венедиктович.

– Что тебе нужно, Артур?

– Ты мне нужен (смешок).

– Зачем?

– Ты знаешь…

– Тамга активировалась не в срок по твоей вине, Артур!

– Так помоги ее найти, пока не поздно? Ты же можешь?

– Я не могу с ней контактировать. Ее найдет смертный. Он уже ищет…

– Что ж, не буду мешать (смешок). Лишь бы он не нашел тамгу слишком поздно.

Отбой.

Длительность беседы – 36 сек.

*

На следующий день, проводив Машу на работу, я скоренько позавтракал и уже нацелился снова бежать в архив, как проснулся мобильник. Глянув на экран, я мысленно застонал – звонил мой непосредственный начальник, заведующий отделом новостей Григорий Ефимович Разумовский, он же – Колобок. Столь легкомысленное прозвище шеф получил не просто так, а за поразительное сочетание весьма внушительной комплекции с неуёмной энергией, с которой он действовал сам и постоянно заражал своей кипучестью окружающих и подчиненных. Разумовский действительно не ходил и не бегал, он катался. Точнее, перемещался на своих коротких ножках настолько стремительно, что частенько не вписывался в крутые повороты редакционных помещений, заставленных столами и шкафами, и порой бывал причиной местных катаклизмов, обрушивая полки с разложенными бумагами и сметая со столов органайзеры, телефоны и корректуры.

– Ну-с, Дмитрий Алексеевич, – брюзгливо начал Колобок, – когда же мы будем иметь счастье лицезреть вас на рабочем месте?