Chinenkov - Gospodin SP

– Не пойму, почему вы мне всё это говорите, Сибагат Ибрагимович? – растерялся сбитый с толку Кузьма.

– Потому, что у тебя нет будущего, – вздохнул Халилов. – Вот первая причина моего отказа. Вторая – это разные вероисповедания. Ты ведь не согласишься ради Мадины принять ислам?

– Нет, не соглашусь! – ответил Кузьма решительно.

– Вот видишь: нам уже больше не о чем разговаривать, по крайней мере, сегодня, – сказал, пожимая плечами, Сибагат Ибрагимович. – Уходи, Кузьма, по-хорошему, и не суйся в мой дом с мыслями о женитьбе на моей племяннице. И ещё… Не морочь ей голову, не прогуливай её по городским улицам в моё отсутствие, иначе…

– Вы пообещали Мадину кому-то другому? – вскричал Малов возмущённо, вскакивая с табурета.

– Проваливай и не задавай больше глупых вопросов! – раздражённо отреагировал на его выпад Халилов. – Уясни, наконец, ишак безмозглый, что Мадина никогда не будет твоей, и смирись!

Крепко рассердившись на Халилова, Кузьма развернулся и ушёл, не прощаясь и не оглядываясь. Сибагат Ибрагимович проводил его насмешливым взглядом и…

Из дома на террасу вышла Мадина. Увидев племянницу, Халилов тут же расплылся «радостной» улыбкой и поприветствовал девушку жизнерадостным возгласом. Но Мадина не разделила его восторга и осторожно поинтересовалась:

– Кто у нас был только что?

Сибагат Ибрагимович тяжело поднялся со своего места, на котором провёл половину дня. Кряхтя и охая, подошёл к девушке, взял её за руку и пытливо всмотрелся в её лицо.

– А ты чего встала так рано, деточка? – спросил он ласково. – Ты же хворала с утра.

– Ещё с вечера меня мучила мигрень, дядя, а сейчас я чувствую себя уже лучше, – вздохнула Мадина.

– Вот и хорошо, вот и замечательно, – одобрил Сибагат Ибрагимович, расплываясь в улыбке. – А я хочу сюрприз тебе сделать, не возражаешь?

– Сюрприз? Какой ещё сюрприз, дядя? – красивые брови Мадины взметнулись вверх.

– Отправлю тебя погостить в Елабугу, – сказал Халилов вкрадчиво.

– В Елабугу? Но почему вы решили, что я хочу туда ехать? – удивилась девушка.

– Как почему? – недоумённо спросил Сибагат Ибрагимович. – Вспомни, ты часто просила отвезти тебя в Елабугу к дяде Исмаилу.

– Что-то случилось, дядя? – почувствовав какой-то подвох, встревожилась Мадина.

– Есть небольшие трудности, но они, к счастью, решаемы, – ответил Халилов уклончиво. – Пока ты погостишь, я здесь всё улажу.

– Смею предположить, что дела ваши очень плохи, раз вы меня в Елабугу отправить хотите? – поинтересовалась девушка дрогнувшим голосом.

– Оставшись здесь, ты мне ничем помочь не сможешь, – вздохнул Сибагат Ибрагимович. – Так что лучше не пытайся со мной спорить. Ты хорошо знаешь, как я не люблю, когда мне перечат.

Опустив голову, Мадина покорно вернулась в дом. Как только за ней закрылась дверь, на террасе появился гость, которого с нетерпением поджидал Халилов.

– Ты точен, и это мне нравится, – сказал он, взглянув на часы и удовлетворённо кивая головой. – Так ты и есть Митрофан Бурматов?

– Не опаздывать и быть точным – это мои самые положительные качества, Сибагат Ибрагимович, – ответил тот. – Мне сегодня в кабаке сказали, будто вы хотите предложить мне работу.

– Давай сначала поговорим о твоих достоинствах и недостатках, – натянуто улыбнулся Халилов.

– Да, есть во мне и плохое, и хорошее, – ответил с готовностью Бурматов. – Не скрою, я мот и кутила. Но если мне поручают какое-то дело, то я всегда довожу его до конца.

– Этого достаточно, – одобрительно кивнул Сибагат Ибрагимович. – Другие твои достоинства меня не интересуют. Вот только голос… Где я мог его слышать?

– Господи, да где угодно, – округлил глаза гость. – Правда, я в родном городе недавно… Уезжал, так сказать, на длительное время, но… Мы с вами уже встречались в городском Общественном собрании, на церемонии принятия присяги судебными приставами.

– Да, наверное, – кивнул задумчиво Халилов. – Я видел тебя в обществе негодяя Мавлюдова.

– Ваша оценка Азата меня порадовала, – усмехнулся Бурматов. – Так для чего вы пригласили меня, Сибагат Ибрагимович?

– Мне очень хочется узнать всё об одном мерзком человеке, – продолжил Сибагат Ибрагимович. – Ты готов взяться за это?

– Всенепременно, – с удовольствием согласился гость. – Говорите, кто он и сколько вы готовы заплатить за мою работу?

– Сработаешь на совесть, не обижу, – заверил Халилов, удовлетворённо хмыкнув.

– Тогда половину вперёд и назовите мне имя, – счастливо заулыбался Бурматов.