Chinenkov - Gospodin SP

– А что, мысль хорошая, – задумался Пётр Борисович. – А пристав Малов? Это тот огромный детина, который недавно принял присягу и поступил на службу?

– Да, именно его я и имел в виду, – поддакнул Азат.

– Так у него ещё испытательный срок не прошёл. Он даже не утверждён в должности.

– Ну и что с того? Он вправе исполнять обязанности пристава, вот и пускай «забавляет» старика Халилова своим присутствием.

– Хорошо, пришли его ко мне в кабинет, – скрепя сердце согласился судья. – Я уговорю председателя отправить к Сибагату Ибрагимовичу именно пристава Малова. В конце концов, ему надо когда-то начинать самостоятельно исполнять судебные решения, вот пусть и попробует свои силы и возможности.

– Я прослежу за ним, не беспокойтесь, – плотоядно улыбнулся Азат. – Малов допустит ошибку, я тут же её «исправлю»…

*

«Скорое» возвращение Халилова в город снова заставило Кузьму бегать на свидания к любимой в полночь. Разговор с Сибагатом Ибрагимовичем глубоко разочаровал его. «Что ж, этого и следовало ожидать, – думал он с горечью. – Мадина не раз предупреждала меня, что из моей затеи ничего хорошего не получится. А я почему-то верил в чудо…»

Всё произошло совершенно не так, как надеялся Кузьма, и теперь он пребывал в полной растерянности, не зная, что делать. А дни, длинные и печальные, всё тянулись и тянулись. Кузьма был занят работой, но всё у него валилось из рук. И он даже обрадовался, когда судья пригласил его к себе по какому-то срочному делу.

– Я вызвал тебя, чтобы вручить документ на исполнительные действия, – неторопливо начал Пётр Борисович. – Ты должен будешь…

– Я? – у Кузьмы вытянулось лицо. – Так ведь я только ещё «исполняющий должность», а не судебный пристав.

– Ты на «испытательном сроке», я знаю, – продолжил судья. – Но ты принял присягу и уже обладаешь всеми правами и обязанностями судебного пристава.

Кузьма потёр ладонями лицо и вздохнул:

– Хорошо, я пойду на исполнительные действия, – сказал он. – Только с кем и когда?

– Ответы на все твои вопросы ты найдёшь вот в этом документе, – сказал судья, протягивая ему лист. – А теперь распишись за его получение в журнале, господин судебный пристав…

Даже не ознакомившись с содержанием документа в своих руках, Кузьма поспешил поставить свою подпись в графе «получено» и…

– Всё, теперь свободен, – объявил судья, закрывая журнал. – Иди и готовься к исполнительным действиям, судебный пристав Малов. В документе указаны сроки, когда тебе предстоит приступить.

Расставив все точки над «и», судья сразу же потерял интерес к подчинённому и, пододвинув поближе стакан, склонился над стоявшим под столом всё ещё горячим чайником.

Кузьма вышел из кабинета и вернулся к себе. Расположившись за столом, он пробежал глазами текст документа и не поверил своим глазам. Его охватило смятение. Изо всех сил он старался выглядеть естественно перед сослуживцами, но… Его обдало жаром, и пот заструился по спине.

Кузьма оторвался от чтения документа и попытался осмыслить, что всё это может означать. Но не нашел ни одного подходящего объяснения и снова углубился в чтение.

Уже в третий раз дочитав документ до конца, Кузьма судорожно сглотнул слюну. Недоумение и негодование росли в нём. Он вскочил из-за стола и заходил по кабинету, после чего снова вернулся к столу, схватил документ и прочитал одну лишь строку: «Подвергнуть описи и аресту имущество купца Сибагата Ибрагимовича Халилова».

Сердце Кузьмы готово было выскочить из груди. Он понял, что его отношения с Мадиной на этом закончены. Халилов теперь не подпустит его даже на пушечный выстрел к своей племяннице.

И тут что-то воспротивилось внутри у него. Кузьме показалось, что он сходит с ума. Что с ним происходит? Этот вопрос мучил его до вечера, а когда пробил час свидания, он с тяжёлым сердцем отправился на встречу с Мадиной…

*

Ночь выдалась тёплой и тихой. На небе ярко светила луна. Мадина тихо выскользнула из дома, спустилась по ступенькам террасы и, осмотревшись, проскользнула через калитку в сад. Среди кустов вишни она остановилась и, замерев, прислушалась.

– Мадина, любимая? – позвал её кто-то из темноты, и девушка встрепенулась, без труда узнав голос Малова.

– Кузьма, любимый, это ты? – так, на всякий случай тихо поинтересовалась она.

– Это я, – ответил он, появляясь перед девушкой.

Они заключили друг друга в объятия, и их губы слились в страстном поцелуе.