Work - Unknown

На самом деле, он думал об этом. — Нет, я… я опять облажался.

— Что ты имеешь в виду?

Хантер не ответил.

— Хантер, если это из-за того, что ты до сих пор девственник, то тебе не стоит переживать. У нас еще будет на это время. Мне, вроде как нравятся бесконечные предварительные ласки, — хихикнула она. — К тому же, ты ведь не прихватил с собой презервативы, да?

— Нет, — признался он.

— Тогда тебе точно не за что себя упрекать. Нет резинки - нет любви. С другой стороны, даже хорошо, что сегодня мы ограничимся только ласками. — Он слышал, как она похлопала по матрасу. — Если ты не против, я бы хотела немного пообниматься.

Провести остаток ночи, сжимая ее в объятиях? И она еще спрашивает? Он основательно вытерся и вернулся к ней на кровать. Откинул в сторону испачканное одеяло, на секунду остановился, сделал глубокий вдох и лег рядом с ней.

Гретхен сразу же придвинулась ближе, обняла его, положив голову ему на грудь.

— Это было невероятно, — прошептала она. — Спасибо тебе.

— Это я должен тебя благодарить.

— Ну не знаю, у тебя очень умелый рот, — она зевнула. — Больше не прячься от меня, хорошо?

Хантер провел рукой по ее волосам, понимая, рядом с ней он находился словно в раю. — Не буду.

***

Проснувшись утром, он посчитал произошедшее ночью просто сном, в котором он ласкал Гретхен, доводя ее до неистового желания. Она была такой искренней и сексуальной.

Рассыпанные по подушке волосы свидетельствовали, что это было наяву. Хантер вытянул руку, убрал с ее лица прядь волос, наблюдая за тем, как она спит. В его груди появилось чувство благодарности, хотя больше похожее на бурный восторг. Ему понравилось ласкать ее, быть с ней. В мире не было более прекрасной женщины, чем Гретхен. И то, что она позволила ему ласкать себя, вернее жаждала его ласк, было настоящим чудом.

Он хотел сделать для нее что-то хорошее. Первым порывом было сбегать в теплицу и принести ей целую охапку роз. Но он каждый день дарил ей розы, так что этот жест не будет чем-то особенным. А он хотел сделать нечто значимое.

Она пробормотала что-то невнятное и перевернулась на другой бок. Хантер желал снова к ней прикоснуться, но она так мирно спала, что он не захотел ее будить. Он мог бы пока сходить и позаниматься в тренажерном зале, а к тому времени, как он закончит, она уже проснется, и они еще какое-то время побудут вместе.

Вот теперь он рассуждал как глупый влюбленный мальчишка. Но по непонятной причине, ему это нравилось.

Технически, они еще не спали вместе. Он все еще оставался девственником. Но Гретхен это не волновало. «У нас будет на это время» говорила она. Не к чему торопиться.

Но он проснулся со стояком и мучительным желанием обладать ею. Он подозревал, теперь он каждое утро будет просыпаться с потребностью войти в нее. Однако он не будет этого делать, особенно пока она спит и не в силах отказать ему.

Хантер перевернулся на другую сторону и отскочил. — Что за…

На него смотрело странное существо с морщинистой мордой, огромными желтыми глазами и треугольными ушами. Тощий лысый хвост на прикроватной тумбочке метался из стороны в сторону, как веревка на ветру.

— Ммм? — промычала сбоку Гретхен, затем фыркнула. — Я смотрю, ты познакомился с Игорем.

Он уставился на существо. — Это твой кот?

— Да.

— Но, он же совсем голый.

Она рассмеялась, поглаживая рукой его живот. — Значит, в комнате нас уже трое голых.

Его член отреагировал на ее прикосновения, и Хантер застонал. — Гретхен, не …

— Не трогать тебя? А что, кто-то проснулся с утренним стояком, да? — похоже, ранние часы никак не влияли на ее чувство юмора. Она приподняла одеяло, заглянула под него, издала стон полный радости. — Ммм, у тебя определенно стояк.

— Этого следовало ожидать. — Господи, какая же она красивая с гладкой кожей, непослушными пышными волосами и одеялом, едва прикрывающим ее грудь. Он очень хотел приласкать ее, руки просто чесались прикоснуться к ней.

— Так, значит, это моя вина? — ее губы расплылись в озорной улыбке. — Раз так, то я должна позаботиться о нем, я права?

И нырнула под одеяло, прежде чем он успел что-либо ответить. Хантер застыл от изумления. Теплая рука сжала основание члена, а горячие губы обхватили головку. Он ощущал язык Гретхен, кружащий по головке, и не удержавшись, откинулся на подушку. — Гретхен, я… ох, блядь. Ты чудо, просто чудо.

— Я знаю, — буркнула она, не выпуская изо рта член. А затем она взяла его в рот и начала сосать.