Work - Unknown

Удивление заставило его обернуться, не смотря на то, что в комнате было темно, и он не видел ее лица. Разве она не была смущена его несдержанностью? — Ты все еще хочешь, чтобы я продолжил?

— Эй, ты свое получил, теперь моя очередь.

— Но все происходит не так. Я хотел доставить тебе удовольствие.

— Вот я и прошу тебя доставить мне удовольствие, — сказала она. — Какой смысл останавливаться на самом интересном. Тем более, я думала, нам обоим это нравится.

— Ага, только кое-кому это понравилось больше, чем другому, — заметил он.

— Бог ты мой, ты что, только что пошутил? Мне следовало с самого начала держать тебя в темноте.

— Очень смешно.

— Я знаю. У меня в запасе еще масса шуток, а также мягкой, очень нежной кожи, которую ты должен подойти и погладить.

Он снова услышал шуршание простыни. — Мне кажется, на стуле возле камина лежит стопка чистых полотенец. Заканчивай свои дела и возвращайся ко мне. Я буду ждать тебя.

Хантер обнаружил полотенца, снял боксеры и вытерся. Он все еще чувствовал себя глупо, пока Гретхен не издала стон, полный отчаяния, и все его внимание вновь переключилось на нее.

— Ты скоро? — поинтересовалась она.

Он подошел к кровати, двигаясь в темноте с вытянутой рукой перед собой. Гретхен сменила позу, поэтому он коснулся ее бока. Двигая рукой, он мысленно представил ее в совершенно другой позе: на четвереньках с торчащей вверх попкой и широко расставленными ногами. Просящей — нет, умоляющей его коснутся ее. Хантер застонал.

— Ласкай меня, Хантер. Хочу ощутить твои пальцы.

Но он не хотел ласкать ее руками, он желал использовать рот, чтобы снова попробовать на вкус ее сладость. Он подался вперед, касаясь губами ее ягодиц, довольный ее учащенным дыханием. Он намеревался доставить ей удовольствие, заставить ее потерять контроль, как это делал он.

В данный момент это стало для него смыслом жизни.

Хантер прикусил ее бедро, и Гретхен взвизгнула от удивления. Так-то лучше. Его губы продвигались по ее коже, приближаясь к намеченной цели. Он ощущал, как ее тело напряглось в ожидании, когда он нагнул ее вперед, запустил пальцы ей между ног в поисках влажного и жаркого места, что он ощущал ранее.

Он понял, что коснулся нужного места, когда почувствовал, как влажные мышцы сжались, и она дернулась всем телом. Гретхен стонала его имя, задыхаясь от страсти. Он опустил голову ниже и заменил свои руки ртом, проводя по жаркому месту языком, собирая ее влагу. У нее был необыкновенный вкус, и Хантер хотел ощущать этот вкус до конца своих дней.

Гретхен продолжала дрожать, пока Хантер неумело касался ее языком, пытаясь нащупать им тепло.

— О, боже, — вновь дернулась Гретхен. — Вот здесь, да-да, не останавливайся. — Она извивалась под ним, он работал языком, погружая его в ее киску. Она дико раскачивала бедрами, Хантер вновь начал ласкать ее руками, возбуждаясь от всего происходящего не меньше ее.

— Еще, Хантер, — вторила она. — Я хочу еще.

Хантер трахал ее языком, с каждым разом стараясь погружать его глубже, до тех пор, пока она не начала извиваться и дрожать сильнее.

— Мой клитор, малыш, — проинструктировала она. — Прошу малыш, прикоснись к нему.

Ее восторженные стоны оказали воздействие на него, его член снова был твердым, и опять ему долго не продержаться. Каждый трепет ее тела и стон, словно волной накрывали его тело, подгоняя к оргазму. Но на этот раз он хотел был уверенным, что она кончит раньше него.

Он сделал, как она сказала, продвигал руку вперед меж ее ногами до тех пор, пока не нащупал пальцами влажный и чувствительный бугорок. Ее пронзительный крик пронесся по комнате, стоило Хантеру коснуться его. Гретхен скулила, не скрывая своей нужды.

Но Хантер хотел добиться большего. Поэтому он теребил клитор пальцами, а сам в это время продолжал входить в нее языком, упиваясь ее соками.

Гретхен неожиданно закричала и забилась в конвульсиях. Его рот еще больше заполнился ее соком, от чего Хантер застонал, испытывая собственный оргазм.

Он довел ее до сильного оргазма. Это было самое невероятное чувство в этом гребанном мире. Он отстранился от нее, поцеловав ее в ягодицу, пока она лежала, хрипя и восстанавливая дыхание. Сегодня она преподнесла ему невероятный подарок.

А он кончил в трусы, а теперь еще и на ее одеяло. Дерьмо. Это никуда не годиться. Он встал и взял еще одно полотенце. Боже, он до сих пор девственник. Кончил, даже не дождавшись, пока окажется в ней.

— Мммм, Хантер? — окликнула она спустя минуту. — Ты же еще не уходить?