KATERINA - Unknown

Габриель слегка воодушевилась:

- Да, это так. - Забыв, где находится, и что женщина, стоящая перед ней, не ее подруга, она усмехнулась. - Что ты думаешь о моей технике? Шпион первого класса?

Меч приблизился к жилке на ее шее, его нажатие заставило вернуться на землю.

- Это была шутка.

Завоеватель постаралась скрыть свое изумление. Эта женщина, в сущности, еще девочка, может стоять с упирающимся в ее шею мечом, улыбаться и рассказывать шутки, как будто перед ней не Завоеватель Греции, а самая близкая подруга. Кто она? Дурочка или умный враг, хитрее лисы, что иногда пробегает по земле Завоевателя?

Один взгляд в блестящие зеленые глаза девушки отбрасывал первое предположение. Они были очень умные и живые, нежные, но полные огня, оставляющие Зену, считающую этот ум оружием, способным быть использованным против нее, в очень большом недоумении.

Она бы не назвала свое состояние комфортным. Осознав по незаметному движение Завоевателя, что она теряет время, Габриель ускорила свой рассказ:

- Очень сложно проникнуть в лагерь, когда тебя там ожидают. А меня они не ожидали. Образно говоря.

Правдивые на первый взгляд слова барда опутывали своей магией Зену, заставляя самую ужасную и опасную женщину мира ждать продолжения.

- Дальше.

- Все было так, как я и сказала. Я шла вдоль границы твоего лагеря, когда увидела юношу, встретившего свою судьбу на конце меча.

Это был несчастный случай, но когда я увидела, что остальные воины просто стоят вокруг и смотрят на него, да... я не смогла пройти мимо.

- И, следовательно… Ты помогла.

Габриель улыбнулась:

- Ну, да. Конечно, Каррелиус сначала не хотел меня и близкоподпускать. Он думал, что я кто-то навроде поварихи. Но, когда я нашла сподручные материалы и начала зашивать рану, догадываюсь, он стал обо мне лучшего мнения. Он проводил меня до этой палатки, где я и встретила Тао Фенга. А остальное уже история.

- Каррелиус… Так этот молодой человек с зашитой грудной клеткой… Твоя работа?

- Да.

Не прошло и доли секунды, как Зена взмахнула мечом:

- Впечатляет.

На лице барда расцвела счастливая улыбка:

- Спасибо!

Меч приблизился обратно:

- Ты до сих пор не объяснила, как амазонка, наделенная такими очевидными и столь необходимыми талантами, оказалась в удивительной близости от моего лагеря.

Спаси меня, Артемида:

- Я не амазонка.

Уголки рта скривились в усмешку. Меч легко рассек до середины простую крестьянскую блузу. Затем, кончиком меча, Зена отбросила остатки материи с плеч Габриель:

- Твое тело выдает правду, умалчиваемую твоим языком. – Ее взгляд задержался на обнаженном мускулистом животе и руках девушки, затем перешел на грудь, где и задержался на несколько сердцебиений.

Габриель выдержала этот осмотр с гордой осанкой и прямым открытым взглядом:

- Не каждая сильная женщина – амазонка.

Глаза Завоевателя опять сузились. На первый взгляд, все это говорило о невиновности девушки. Но, насколько ей можно было доверять, Зена не знала, и это приводило ее в некоторое замешательство.

- Возможно, – ответила она, крепко держа меч, - но многие – амазонки.

- Я не являюсь одной из них.

- И я должна поверить в эти сказки? Основываясь на чем? На твоем слове?

- Для начала, да.

- А затем ты оставишь меня в дураках, – фыркнула воительница.

- Вряд ли, Зена. Ты можешь быть кем угодно, только не дураком.

Меч опять оказался в опасной близости от шеи Габриель:

- Немногие называли меня по имени и оставались после этого жить, слагая легенды.

- Тогда я счастлива оказаться в рядах счастливчиков, - бард подняла подбородок.

- Хорошо притворяешься, амазонка, – проворчала Завоеватель.

Бард вздохнула:

- Мы опять за старое? Я говорила, я – не амазонка. Я – просто женщина, которой повезло оказаться в нужном месте в нужное время, чтобы помочь кому-то, кто нуждался в моих знаниях. В этом нет ничего дурного. Я не шпион и не убийца. По правде сказать, - ее глаза гордо сверкнули, - я до сих пор не забрала ничьей жизни. И не собираюсь.

С высоты своего положения Зена пристально вгляделась в глаза

Габриель, пытаясь прочитать в их глубине мысли девушки. Бард предстала перед ней открытой книгой, но не было ли в этой книге тех самых важных историй, что пишутся между строчек и не видны с первого взгляда? Взгляд Габриель был настолько простодушен, что насторожил Завоевателя, интуитивно чующую фальшь. Но в ту же секунду Зена, далекая от добрых чувств, обнаружила, что верит девушке. Смущало только это странное чужеземное утверждение, что она «не забрала ничьей жизни».