Вера Эльберт - Закат Солнца Йорка

Заподозрить в намерении убить её там,

В этом замке, вместе с другими

Её сестрами и матерью-преступницей,

Что лишь недавно получила от меня

Прощение? Нет, в Шериф-Хаттон

Я её отправлю лишь в самом крайнем

Случае, если, не приведи Господь,

Поднимутся волнения в народе

Из-за её коварных происков и планов.

Хотя до этого я доводить не собираюсь.

КОРОЛЕВА АННА.

К тому же права не имеете так рисковать

Собой, своим престижем, добрым именем

И честью! Елизавета это понимает, а потому

И делает, что хочет, и продолжает слухи

Распускать о вашей с нею непристойной

Связи через своих служанок, что их

Разносят по всему дворцу, чтобы вас

Спровоцировать на крайнюю жестокость.

КОРОЛЬ РИЧАРД.

И что же вы мне предлагаете, миледи?

На эту провокацию поддаться? А может

Дать публичное опровержение клевете?

КОРОЛЕВА АННА.

Оправдываться вам перед народом,

Когда на вас нет никакой вины?!

Об этом даже речи быть не может!

Ведь это та же провокация, мой друг!

Причём, одна из наиболее коварных!

Вы будете оправдываться в том, в чём

Не виновны, они вас будут снова обвинять,

Всё новые проступки измышляя, и так

До бесконечности! Вы после каждого

Из этих оправданий окажетесь виновней

Во сто крат, даже при том, что абсолютно

Невиновны! Ведь что собою представляет

Их оценка? Лишь пустоту, наполненную

Мнимым смыслом, что порождён их

Домыслами и предубеждением. Их

Рассуждения, как мозаика из льдинок:

Хоть так их поверни, хоть этак, – всё

Хаотичная, пустая форма – любимая

Игрушка для безумцев, сжигаемых их

Подлыми страстями и ненавистью

Ко всем добрым людям в стремлении

В душах их выискивать жестокость.

Все их наветы – каверзная гнусность,

Направленная вероломно против вас!

А цель одна: вас в чём угодно обвинить

И уничтожить! Они себе противоречат,

Как безумцы, не замечая, что при этом

Они же сами разрушают свои доводы,

Не связывая их между собой. И сверх того,

С чудовищным упорством нагромождают

Новые наветы, столь же бессмысленные,

Злобные и подстрекательские! Потом,

Суммировав весь этот вымышленный вздор,

Они бесстыдно объявляют вас злодеем,

Виновным в этих мнимых преступлениях!

Но более всего опасно то, что в неуёмной

Жажде обвинений все эти злопыхатели

Додуматься способны и до того, что

Здравомыслящему человеку и в мысли

Не придёт! Но от того-то все их обвинения

Покажутся особенно ужасными и тем

Раздвинут горизонты злодеяний, а для

Простых и ясных доводов логического,

Здравого опровержения они тем более

Неуязвимы будут. Всё это – дьявольски

Коварная игра, против которой нет

Надёжного оружия и защиты, и от того

Все люди перед клеветой бессильны!

Милорд, я вас прошу, не позволяйте

Этим интриганам вас заморочить!

И не пытайтесь с ними состязаться

В предвидении возможных осложнений.

Вас это ограничит в действиях и обессилит.

Любой пустяк покажется неразрешимым.

И вы не сможете даже собою управлять,

Не то что вашим королевством и народом!

КОРОЛЬ РИЧАРД.

Так что же делать нам с этой несносною

Девчонкой?

КОРОЛЕВА АННА.

Вот подтверждение моим словам, милорд!

Когда бы не боязнь последующей клеветы,

Вы б не задумывались над таким простым

Вопросом и быстро подобрали бы решение!

КОРОЛЬ РИЧАРД.

Вы знаете, наш злейший враг, Генрих

Тюдор, назвал Елизавету Йорк своей

Невестой! Он теперь новый повод

Для вторжения придумал: спасать

Свою невесту от меня!

КОРОЛЕВА АННА.

Ну мимо вас Тюдор не проплывёт!

Вы для него приманка из приманок!

А более всего – корона ваша, ради

Которой он всё это затевает. Так что

Вторжения в Англию ему не миновать,

Хоть раньше лета он на это не решится.

Что до племянницы, Елизаветы Йорк...

Хоть мне и трудно говорить об этом...

Но если вы так не хотите её к сёстрам

Отсылать в наш замок Шериф Хаттон,

То... полагаю, самым лучшим будет

К ней относиться вовсе равнодушно,

Как будто мы её не замечаем. А для

Надёжности мы поменяем ей служанок.

Добавим пару гувернанток к ним

В придачу и двух монахинь, чтобы

Душу врачевали, почаще наставления

Читали и заставляли соблюдать порядок,

Что при дворе для всех предписан равно.

Чтобы она вела себя благопристойно,

Как подобает всем придворным дамам.

А в Шериф Хаттон мы её отправим,