Кристина - Unknown

***

Я нахожу Веру и родителей у нее в офисе, как раз заканчивающих. Если это возможно, то они более возбуждены, чем были до того, когда я их оставила. Я могу фактически видеть своего папу, мысленно делающего покупки в магазине в духе академии: трикотажная рубашке Вилбрука, кофейная кружка и наклейки на бампер — целых девять. Они будут очень разочарованы, если меня выгонят, даже хуже, чем во время того, когда я украла бутылку рома: моя лучшая подруга – Пайпер и я напились в подвале.

Обжигающее беспокойство в животе, которое стало настолько привычным за прошедший месяц, возвращается при мысли о том, что я не смогу видеть Пайпер каждый день. Его немного погасило лишь облегчение от того, что не придется видеть Уэса. Дело с уроками самообороны и Верой вдруг кажется мне малой ценой за то, чтобы не иметь возможности увидеть его с другой девушкой, в стороне, где я раньше была и наблюдала. Как он смеется со своими друзьями; в это время я изо всех сил пыталась держать голову высоко, чтобы не утопиться в собственных страданиях. Я тяжело выдыхаю и отодвигаю горе прочь. Я сделала все это. Если ничего иного нет, то новая школа не могла появиться в лучшее время.

Вера ведет нас к двери, и я обнимаю своих родителей на прощание. Я сопротивляюсь напряженности, распространяющей по груди, и неспособна посмотреть в лицо маме. Она целует меня один раз в щеку, не обращая внимания на мои молчаливые мольбы не уходить. Когда она поворачивается, чтобы уйти, я хватаю ее руку в последней отчаянной попытке пожалуйста– не–оставляй ─меня ─здесь– объятий .

Она сжимает мои плечи.

– Я знаю, что это не идеально быть в восьми часах от дома, моя дорогая, но мы не можем упустить эту возможность. Хороший опыт для тебя. Дай этому шанс?

Я киваю, зная, что у меня нет выбора. Вопрос был решен в тот момент, когда Вилбрук прислал мне письмо, поздравляя с моими экзаменационными баллами. Я проклинаю себя за то, что подделала результаты тестирования.

Они выходят за дверь и машут. Я смотрю в недоумение, как они, держась за руки, спускаются по каменным ступеням. Дверь закрывается за ними со зловещим стуком.

– У меня твое расписание, – говорит Вера, передавая мне листок. – Если пойдешь со мной, я покажу тебе комнаты для девочек.

8:00– 9:00 Физкультура (для девушек)

9:00– 11:00 Техника самообороны

11:00. – 13:00 Обед

13:00– 15:00 Глобалистика 1

15:00– 17:00 Самостоятельное изучение

– Самостоятельное изучение? – спрашиваю я.

–Да, Мистер МакАлистер сказал, что ты будешь изучать компьютерное программирование.

–Хорошо, – говорю я в шоке от того, насколько моя новая жизнь отличается от старой. Раньше у меня были: алгебра, испанский, английская литература, всемирная история, а теперь один из моих уроков – это что–то под названием глобалистика.

– Двухчасовой обед? – поднимаю голову и встречаюсь с ней глазами.

– Многие используют это время, чтобы поесть, принять душ и сделать домашнее задание.

В старой школе у меня было ровно тринадцать минут, чтобы объесться и это после того времени, которое необходимо было, чтобы пройти с урока испанского в другой конец школы, постоять в очереди в кафетерии и найти место. Кроме того, я никогда не приходила в класс раньше, чем за пять минут. Занятия в моей старой школе заканчивались в три часа дня.

Мы поднимаемся по лестнице на третий этаж в сторону общежития. Я ожидаю, наконец, встретиться с другими студентами, но в коридоре пусто.

Вера останавливается в длинной и узкой комнате, занятой восемью кроватями.

– Это общежитие для девушек, – сказала она, когда я подошла ближе к ней. Я узнаю два своих черных чемодана, лежащих поверх односпальной кровати, самой близкой к нам. Каждая из других кроватей имеет покрывало и одеяло различных цветов и образцов, но белые, железные спинки из чугуна придают чувство однообразия. Окна от пола до потолка вдоль одной стены, а окно в центре открывается на крошечный балкон с декоративными перилами из кованого железа.

Вера кивает в другую сторону комнаты.

– Общежитие мальчиков находится там.

Я скользнула взглядом в сторону отверстия, разделяющее две комнаты, даже не похожее на настоящую дверь.

Она пересекает комнату и открывает двери в большой, темный, деревянный платяной шкаф.

– Ты можешь разместить свои вещи здесь. – Она проводит пальцем по полке, проверяя на наличие пыли. По–видимому, удовлетворившись, закрывает дверь. Затем разворачивается и выходит из комнаты. Я стою в течение секунды, не уверенная, желает ли она, чтобы я следовала за ней, когда я слышу ее голос в коридоре, поспешно выхожу следом.