Голодный океан

Наконец, лейтенант набрёл на одинокую кокосовую пальму. Она была невысокая. На вершине её висело с десяток зелёных орехов, сок которых прекрасно утоляет жажду, а мякоть питательна и богата витаминами. Обняв шероховатый ствол дерева, Игорь прижался к нему щекой. Здесь он сможет оставаться некоторое время пока не отдохнёт и не окрепнет, чтобы продолжит поиски.

Но вскоре радость снова сменилась горьким разочарованием. Хотя орехи висели на высоте каких-нибудь пяти метров, Исмаилов не мог до них добраться. Не в силах залезть на дерево раненый и обессиленный лётчик попытался сбить их палкой. Но все его попытки ни к чему не привели. Оставалось лишь признать собственное поражение.

Но тут неподалёку в кустах он заметил старый высохший орех, и набросился на него, словно голодный пёс на кость. Однако орех оказался словно каменный. Даже если бы под рукой был нож, Игорь всё равно не смог бы его разрезать. Что только он не предпринимал, чтобы добраться до живительной влаги и нежной мякоти! Клал на камень и пробовал пробить скорлупу другим камнем; с размаху швырял о скалистый выступ, пытался разбить пяткой. Всё бесполезно! Судьба словно издевалась над ним, то, посылая надежду, то отнимая её!

В сердцах зашвырнув орех обратно в кусты, Исмаилов поплёлся прочь. По дороге ему попался сухопутный краб, перебегающий с камня на камень. Казалось бы вот она - лёгкая законная добыча. Несчастный мгновенно представил, как разорвёт краба на части и высосет содержимое панциря досуха, а потом ещё разжуёт клешни. Но прежде чем охотник успел ударить краба палкой, проворному существу удалось быстро нырнуть в щель. Молодой человек стал выкрикивать проклятия в адрес подлого создания и пытаться рукой достать краба из убежища.

Все эти бесплодные усилия вконец вымотали его. Из раны снова стала сочиться кровь. Игорь чувствовал сильный озноб и головную боль. Возможно, это было следствием солнечных ожогов, а, может, начиналось воспаление. По телу разливалась слабость, а с ней пришло безразличие. Не хотелось больше никуда идти.

Измождённый скиталец устало опустился на землю и привалился спиной к дереву. О собственной смерти он теперь размышлял совершенно спокойно, отстранённо: «Даже если сюда когда-нибудь придут люди, вряд ли они найдут мои останки. В местном климате мёртвое тело за считанные дни превратится в скелет. Чем-то успеют полакомиться здешние животные и насекомые, остальное утилизируют быстро размножающиеся колонии бактерий. Ливни и вызванные ими потоки воды разнесут косточки по всему острову. Через неделю другую от трупа не останется ничего, и никто не узнает, кто провёл свои последние земные часы под этим деревом». Он подумал о родителях. Они никогда не смеряться, если он будет объявлен пропавшим без вести, и всю оставшуюся жизнь будут ждать его. Ужасная пытка неопределённостью отравит им последние годы и ускорит их уход. Исмаилов снял с шеи опознавательный жетон и повесил на ветку.

Глава 41

Конец июля 1947 года, Беркли (Калифорния)

Реанимационный автомобиль мчался по центральным улицам города, словно по скоростному шоссе. Молодой полицейский по имени Хорьхе мастерски вёл машину, не спуская глаз с дороги, плотно сжав губы, и крепко вцепившись в руль обеими руками. Этот молодчик творил чудеса, экономя каждую секунду. На крутых поворотах машину заносило, пронзительно визжали стираемые об асфальт покрышки. Проблесковый маячок и сирена были им в помощь – многие водители, заметив их приближение в зеркало заднего вида, резко подавали вправо, освобождая путь «неотложке».

В это время сержант Родригес заканчивал инструктаж:

- Наша задача, оставаясь незамеченными, взять под наблюдение тех, кто явится на встречу.

Тут Родригес покосился на Исмаилова, и добавил:

- Если вообще кто-то явится.

Далее руководитель опергруппы стал объяснять каждому его диспозицию:

- Группа Фукса возьмёт на себя вход в японский сад и выход, а группа Пабло действует внутри. Ещё раз повторяю, наблюдение вести очень аккуратно, не привлекая к себе внимание.

- Сегодня будний день, в саду будет мало людей, - выразил сомнение крепко, по-бульдожьи сбитый крепыш с курчавыми блестящими волосами и пушистыми усами. - Мы не сможем такими силами незаметно организовать наблюдение во всех точках.

- Нам пришлют ещё трёх-четырёх толковых ребят из отдела ограблений, - успокоил Родригес.

В этот момент машина остановилась. Сержант распахнул широкую дверь и, обдав Исмаилова неприятным дыханием, велел: