Голодный океан

Профессор задумчиво полез в карман за трубкой. Живой остров под ногами дрогнул. Учёный опустил глаза и остолбенел, встретившись с внимательно изучающим его акульим глазом!

Глава 88

Профессор Хиггинс не мог понять, как это Он – величайший эксперт в своей области так опростоволосился?! Ведь рассчитанная им концентрации снотворного должна была гарантированно нейтрализовать мегалодона, как минимум на десять-двенадцать часов. Между тем животное медленно приходило в себя! А он стоял на просыпающейся горе и не мог шелохнуться от охвативших его растерянности и ужаса!

Мегалодон, похожий пока ещё на неповоротливую баржу, медленно шевелился у профессора под ногами! Его широкая треугольная голова всё ещё лежала немного на боку, и зверь внимательно косился правым глазом на двуногого наглеца, смеющего стоять на нём – Властелине морей! Такая дерзость скорее всего должна была изумить хищника. Наверное, в просыпающемся мозгу животного тупо ворочалось много вопросов, например, что происходило с ним до этого момента? И почему он так странно дрейфует по поверхности вместо того, чтобы уверенно рассекать пространство под волнами.

Низкорослый толстяк в детских ботинках крепко зажмурился. Совсем как маленький ребёнок! В надежде, что напугавшее его наваждение рассеется. Но когда профессор снова открыл глаза, то первое, что увидел, это белое от ужаса лицо ассистента.

В этот момент Мегас приподнял голову, и поток воды заструился в его пасть. Булькающий звук напоминал угрожающее шипение. Профессор вздрогнул и ласково заговорил, обращаясь к животному:

- Ну не сердись, пожалуйста…я уважаю тебя. Ведь ты это чувствуешь, не правда ли? - Голос его дрожал и звучал тонко и заискивающе: - Поверь, я не хотел причинить тебе зло.

Хищник лязгнул жуткими зубами, и Хиггинс поспешно добавил:

- Хотя теперь я признаю, что, наверное, это была плохая идея - лишить тебя воли. Ты само совершенство и создан жить в океане. Позволь мне уйти, и я обещаю впредь не покушаться на твою свободу. Я стану наблюдать за тобой бескорыстно.

Гигант перевернулся на живот, расправил грудные плавники, хвост его пришёл в движение. С величавой медлительностью мегалодон двинулся вперёд, будто потягиваясь и разминаясь после сна. Не прилагая особых усилий, Мегас высвободился из опутавшего его троса.

Чтобы не поскользнуться на мокрой спине акулы, профессор отступил назад и схватился двумя руками за основание спинного плавника. В этот момент Хиггинс оказался в положении спиной к лодкам, и не видел, что делается у него за спиной, только услышал крики ныряльщиков. А там раздался треск, но вопли несчастных быстро смолкли. Профессор обернулся: море в том месте покраснело от крови и бурлило. От разбитого первого катера остались лишь обломки.

Профессор прыгнул в воду и бешено поплыл. Его нагнал вопль Эдварда. Молодой ассистент молил о помощи. Профессор оглянулся: его несчастный помощник бился в пасти чудовища! Зубастая башка монстра продолжала вздыматься и поднимала молодого человека, который вскоре потерял сознание и безвольно свесился, уткнувшись лицом в нижнюю часть акульего рыла; руки его плетьми болтались из стороны в сторону. А Мегас тащил добычу над волнами, и тряс ею в воздухе, будто хвалясь! Вскоре они скрылись под водой.

Профессор добрался до уцелевшего катера и взобрался в него. Его трясло. Скорей заводить мотор и мчаться к кораблю! Хиггинс взялся за ключ зажигания, и замер, снова ощутив на себе внимательный жуткий взгляд. Не сменяя сопротивляться, он взглянул за борт и окаменел: с трёхметровой глубины на него смотрел Зверь! Пасть мегалодона была раздвинута в жутком оскале. Казалось, дьявол улыбается! А ещё живой и очнувшийся Эдвард бился в его зубах. Заглатывая воду и пуская кровавые пузыри, несчастный что-то кричал из-под воды учителю! Крепко насаженное на острые колья клыков обречённое тело извивалось, и всё плотнее окутывалось красным облаком. Мегалодон забавлялся.

Хиггинс стоял у поручней и зажимал себе рот, чтобы воплем ужаса не привести чудовище в ещё большее исступление. «Нет, тут всё кончено, надо думать лишь о собственном спасении!» - наконец нашёл он силы сказать себе, и отвернулся.

Взревел мотор и катер сорвался с места. Но через сто метров задняя часть моторной лодки подпрыгнула, да так, что один из моторов сорвало с креплений. Профессора швырнуло вперёд, но он сумел удержаться за поручни. Через пять секунд новый удар - ещё сильнее. И вдруг Хиггинс ощутил странную лёгкость - его высоко подбросило и перекинуло через борт. Сделал в воздухе сальто, толстяк плашмя шлёпнулся в воду. Но быстро пришёл в себя и изо всех сил погрёб к кораблю. Бедняга кричал оставшимся там морякам, чтобы они скорее шли к нему на помощь.