Голодный океан

- Можете не сомневаться: вы получите ещё столько же в виде призовых, если всё пройдёт успешно, - пообещал Исмаилов. - То интервью, в котором вы утверждали, что не верите в существование мегалодона – полагаю, в нём вы были не вполне искренни. И я догадываюсь, почему вы так сказали… Только меня это не касается.

Охотник слегка кивнул и улыбнулся, но чек вернул.

- Сожалею, но ничего не выйдет. Попробуйте обратится к моему конкуренту, может там вам повезёт.

Исмаилов признался, что с «акульим профессором» они не договорились.

- А, понимаю! – усмехнувшись, покачал головой охотник на акул. - Уолтер запросил с вас, наверное, тысяч сто. Он избалован большими деньгами.

Игорь пояснил, что дело не только в этом:

- Хиггинс прежде всего учёный. Он мечтает найти мегалодона, чтобы изучать его. Я же хочу уничтожить гадину. У меня на это личные причины. И к вам я пришёл именно как к специалисту по уничтожению больших и опасных акул.

- Что ж, я могу вас понять, - задумчиво протянул Джефф; и всё же он с сомнением пожал плечами: - Но что вы можете мне предложить? Деньги? Но убив королевскую акулу, я итак заработаю миллион, и мне не надо будет ни с кем делиться. Хиггинс пока вне игры. Из настоящих специалистов остался я один.

- Вот только выследить мегалодона будет очень не просто даже вам!

Исмаилов напомнил профессионалу, что прошлый раз охотничья группа, куда он тоже входил, восемь дней безрезультатно прочесывала прибрежные воды в поисках мегалодона, и в результате вернулась ни с чем.

Джефф нехотя признал, что проблема в том, что хищник непредсказуем. Ведь одно дело выслеживать магалодона в прибрежных водах по окровавленным тушам китов, как обещал Хиггинс; и совсем другое пытаться засечь его в открытом океане. Но даже «акулий профессор» при всём своём восхищённом преклонении перед мегалодолном, кажется, недооценил интеллект этого чудовища. Несмотря на свои феноменальные размеры и мощь, убийца-гигант ведёт себя как очень умный и осторожный хищник: убив добычу и утолив голод, мегаакула скрывается на глубине. Не исключено, что мегас способен оценивать опасность, исходящую от людей, и искусно избегает преследования. Хотя в принципе любая акула по природе своей – вечный бродяга. За исключением рифовой акулы все остальные постоянно находятся в движении и могут за сутки покрывать расстояние в сотни километров.

- А найти это чудовище в открытом море очень затруднительно, - заключил охотник.

- У меня есть точные сведения относительно места, где следует устроить засаду, - неожиданно заявил Исмаилов. – Я гарантирую успех.

- Это только слова – пренебрежительно взмахнул рукой охотник. – Чтобы заставить меня сдвинуться с этого места требуется кое-что посущественнее слов.

Исмаилов полез в карман и извлёк то, что приберегал в качестве решающего аргумента. Взяв в руки «артефакт», Джефф долго его рассматривал, затем поднял удивлённые глаза на владельца:

- Неужели это не подделка?!

Игорь лишь хмыкнул и поинтересовался:

- Итак, вам требуется ещё что-то в доказательство серьёзности моего предложения?

Исмаилов с удовлетворением наблюдал, как с матёрого охотника слетело всё его высокомерие. В том, что они договорились, Игорь уже не сомневался. Джефф даже пригласил гостя осмотреть своё жилище. Жилая надстройка баржи была разделена на две большие комнаты. Как и положено на корабле, пусть и на давно вставшем на прикол, на его борту имелись кубрик и гальюн. В трюмах же был устроен винный погребок, хранилище для продуктов и ещё несколько кладовых для разного инвентаря.

После небольшого путешествия в подпалубное пространство они вернулись в «капитанский салон». Стены «кают-компании» были завешаны фотографиями и газетными вырезками, на которых хозяин позировал со своими страшными трофеями. Рядом со многими убитыми им и выловленными акулами, Джефф выглядел почти карликом.

- Вот эту - длиною почти в восемь метров, - охотник ткнул в фотографию гигантской акулы, подвешенной за хвост на мясницком крюке, - я выловил в прошлом году в двухстах метрах от пляжа Хантингтон-Бич. Не появись я там вовремя, и парочка пловцов не вернулась бы на берег.

Игорь слышал, что «охотничьими угодьями» этого человека было всё побережье. Часто его снасть состояла всего из привязанной к сваям причала автомобильной камеры, к которой была привязана крепким морским узлом толстая манильская веревка. На другом конце «лесы», сращенном с метровой металлической цепочкой, имелся крюк в двадцать сантиметров длиной. На него насаживался солидный кусок мяса килограммов в двадцать.