Art Koba - Book

средоточиться.

— У меня очень нехорошее предчувствие, — сказал Ференц, и словно в ответ на его слова в кафе задребезжали стекла и ста-

каны. Воздух стал плотным и сухим, вокруг все словно замерло.

И в наступившей тишине отчетливо прозвучало громкое и зло-

вещее «Бом-м-м!».

Ференц, а за ним и Алекс выскочили на улицу, пытаясь

определить, в какой стороне сработал источник магической

силы. Немногочисленные прохожие, ничего не заметившие, неодобрительно косились на двух взъерошенных молодых

людей.

— Черт меня побери с потрохами… — сипло выдохнул Лома-

ни, указывая направо. — Квартала три отсюда!

Пространство над домами в той стороне исказилось, словно

на небо навели увеличительное стекло. Виски сдавило.

— Сукин сын! — Ференц схватился за голову.

Извозчик на полном скаку осадил лошадь перед кафе. Из

экипажа высунулась опрокинутая физиономия Николаса.

— Скорее, — воскликнул он, срывающимся от волнения го-

лосом. — Только что получили сообщение — наш клиент вос-

крес из мертвых и объявился прямо посреди «Регента». Где До-

вилас?

— У короля, — ответил Малло, запрыгивая в карету, и крик-

нул вознице: — Гони! В «Регент»!

* * *

Александр следил, как накрывают обеденный стол в Овальном

зале с таким вниманием, словно ничто в мире не могло срав-

ниться по важности с этим делом. На брата, подпирающего

стенку за его спиной, король так и не взглянул. Вечная пробле-

ма в королевских семьях, размышлял он: живут люди как люди,

3 3 0

Елена Комарова , Юлия Луценко

любят друг друга, рожают сыновей — принцев, но лишь один из

них может стать королем…

— Алекс, — вдруг окликнул его Стефан.

Его величество не удостоил брата ответом.

— Алекс, — голос брата стал настойчивее. — Что-то проис-

ходит. Ты разве ничего не чувствуешь?

— Чувствую, — процедил сквозь зубы тот. — Жгучее желание

тебя удавить. Ты это имеешь в виду?

— Нет, — не обращая внимания на его тон, ответил Сте-

фан. — Опасность. Что-то приближается…

— Я не в настроении выслушивать твои фантазии, — отрезал

Александр. — Так что будь добр, заткнись.

Сверкнувшая за окном изумрудно-зеленая вспышка осле-

пила обоих, но Стефан успел разглядеть нечто вроде огненного

змея с узкой хищной головой и острыми зубами, несущегося —

он был уверен в этом — на Алекса. Не говоря ни слова, он рванул

брата за плечо, отбрасывая назад и вставая между ним и магией.

Король, сощурившись и прикрыв глаза ладонью, увидел,

как зеленый луч входит в грудь принцу, и тот замирает, глядя в

пространство широко раскрытыми глазами, а потом начинает

оседать на пол.

— Стефан! — Александр подхватил брата под руки, не да-

вая упасть и с ужасом глядя, как из ноздрей того текут тонкие

струйки крови. — Стефан! Дьявол бы тебя побрал! Врача! Быст-

ро врача! — рявкнул он. — Выполнять!

Грохот, звон бьющейся посуды, крики прислуги отозвались

далеким эхом.

Король успел оттащить истекающего кровью брата в сторону

и усадить в кресло, когда плечо его пронзила острая боль. Ско-

сив глаза, он увидел, как в руку, чуть выше локтя, вонзает зубы

соткавшаяся из прозрачного огня змея. Пульсирующая боль

быстро распространялась по всему телу, а магическая гадина

тем временем темнела на глазах, словно… насыщаясь? Ну уж

нет! Александр схватил ее, с омерзением ощущая под пальца-

ми скользкую чешую, оторвал от себя и с силой сдавил. Вторая

змея впилась ему в ногу выше колена. Ее он тоже сорвал, рас-

топтал и… пропустил удар новой огненной стрелы.

З А Б Ы ТО Е ЗА К Л Я Т Ь Е

3 3 1

Боли, как ни странно, не было. Только все тело охватила

слабость и мелкая дрожь. На пол с руки упала темно-крас-

ная капля, потом вторая. Александр отстраненно коснулся

жидкости пальцем: это была его кровь. Противно заныло

сердце… Он все еще держался на ногах, хоть и с трудом, но

силы уходили — по тонкой темно-красной эфирной нити,

что протянулась от его груди куда-то далеко, за пределы

дворца…

Двери снесло с петель, и в Овальный зал ворвался незнако-

мый Александру высокий светловолосый мужчина.

* * *

— Схему этажей, — на ходу бросил Малло полноватому усачу

в капитанских погонах и поспешил к лестнице. Тот, весьма и

весьма скептически относившийся к штатским вообще и к ма-

гам в частности, от вопиющей наглости и такого же нарушения