Эмиль - Шторм

ти или карты, между делом похлопывая по предоставляе-

15

Эмиль Новер

мым, словно невзначай, бѐдрам девиц весьма сомнитель-

ной репутации и поведения. Порой кто-нибудь, изредка

подвыпив, что-то не делил с соседом за столом, вскакивал

и бросал ему в лицо такие слова, за которые получал кое-

что покрепче слов. Но буянившие успокаивались сами, ли-

бо их выпроваживали за дверь пинками. Между столами, разнося заказы, снуют женщины в платьях, покрой которых

не может скрыть пышности груди и округлости бедер.

Однако здесь моряков встретила гробовая тишина, не-

привычная слуху. Не звенела посуда, не было многочис-

ленных посетителей, только за двумя-тремя столами сиде-

ли несколько человек.

Кинг озадаченно хмыкнул – он был неприятно удивлен.

– М-да, Майкил, по-моему, здесь больше уместна вы-

веска «Кислая черепаха».

Майкил прыснул в кулак, а Кинг разочарованно вздох-

нул:

– Неинтересное местечко!

– Эй, парни! – моряков звал плотный мужчина, сидев-

ший за столом, уставленным бутылками с напитками и

блюдами с едой. – Присаживайтесь, вместе одолеем эту

гору на палубе!

Купив пару бутылок, моряки воспользовались пригла-

шением чернобородого мужчины средних лет, по одежде

которого опытные взгляды определили старого морского

волка, вынужденного сохнуть на берегу.

– Паршивый же у вас городишко, милейший, – сказал

Кинг, в очередной раз, разливая по оловянным стаканам

темное вино. – Похоже, что мы надолго застряли здесь.

Ваше здоровье!

Опорожнив стакан, мужчина невольно крякнул, беря с

блюда кость, обросшую мясом.

– Напрасно так говоришь. Городок наш невелик, но не

плох, однако, в последнее время у нас всѐ вверх дном, как на

тонущем корабле. И всѐ из-за отряда, что стоит под городом.

– Большой отряд?

– Люди говорят, полторы тысячи.

– Отряд – кого? Крыс? Полевых мышей?

– Сторонников короля!

16

Капитан «Дьявол»

От внимательного взгляда Кинга не ускользнуло то об-

стоятельство, что при этих словах Майкил перестал есть и

внимательно слушал. Не переставая наблюдать за това-

рищем, Кинг спросил:

– И какого короля? Ведь их сейчас два, и черт разберет, кто из них прав!

– Верно, – согласился бывший моряк. – Эти – из армии

Якова, чтоб им всем провалиться!

– Я смотрю, вы враждебно настроены к этим людям, –

заметил Кинг, пряча под ладонью усмешку. – Не протес-

тант, ли случаем?

– Я – истинный католик! – твердо, чтобы не оставалось

сомнений, сказал мужчина. – Но в этот отряд ушли два мо-

их сына. Ливень, буря, ветер – всѐ им нипочем! Как только

ни уговаривал, как ни упрашивал – всѐ напрасно, ушли. Да

и одни ли они – полгорода ушло, кто к тем, кто к этим. – В

сердцах рассказчик бросил кость на стол. – Уходят – за ве-

ру, за землю! А вернутся ли? Ведь дети не чужие, свои!

– За истинную веру и жизни не жалко! – с жаром вос-

кликнул Майкил.

– Заткнись! – бросил Кинг. – Продолжайте, прошу вас!

– А что продолжать? – произнес бородач. – Слава богу, говорят, что вечером они уходят.

– Значит они еще здесь? – быстро спросил Свирт.

– От города с полмили будет, – последовал ответ.

– Ладно! – поднялся Кинг. – Загрузились – и пошли по

делам!

– Но Кинг, – начал Майкил, однако Сэлвор оборвал его

одним словом, и Майкил понял, что уговоры бесполезны.

Молча, шли моряки, неспешно ступая по еще мокрой

мостовой. Кинг жевал конфеты, а Майкил шел под впечат-

лением от услышанного. Погруженный в раздумье, он по-

стоянно отставал, заставляя Кинга останавливаться и под-

жидать его. Когда Сэлвор остановился в очередной раз, то

спросил подошедшего Майкила:

 Чем твоя голова набита? Смотри, треснет черепок от

раздумий тяжких.

Майкил посмотрел на Кинга взволнованными глазами и

тихо произнес:

17

Эмиль Новер

 Не могу я, понимаешь, не могу!

 Что?

 Быть в стороне!

 Кинг зло сплюнул – он понял в чем дело. Еще два го-

да назад, когда на барке стало известно о перевороте и го-

рячих призывах обоих королей «к защите истинной веры», Кинг и Майкил постоянно спорили. Свирт, убежденный ка-

толик, готов был с первых дней следовать под знамена

Якова, но в Англии, где ремонтировался барк, такие мысли

опасно было произносить вслух. Ремонт, плавание, болезнь

не дали ему этой возможности, а Кинг упорно отстаивал