Зяма Исламбеков - Unknown

Монарцик, вспомнив классный анекдот про окосевшего, а за-

тем погибшего чукчу от неумелого врачевания жены, наблюдавше-

го одновременно за полетом в разные стороны двух вертолётов, громко засмеялся. Он вдруг отчетливо представил, как жена чукчи

стала одновременно греть яйцо следователю Первухину и натяги-

вать его ему же на переносицу. От сотрясания тела, вызванного го-

мерическим смехом, его сломанные рёбра дали о себе знать, и Ви-

талий Сергеевич от боли моментально потерял сознание.

Началась паника. Советы Диденко давали все. Назвать их гу-

манными – было бы ошибочно. Так, например, Кубайс – интеллек-

116

туал районного масштаба, он же - помощник оперативного дежур-

ного, посоветовал зажигалкой взбодрить старичка.

- Надо перед носом его сжечь расческу. Да не просто расчес-

ку, а с содой. Завернем всё в газетку, зажжём, а затем прямо ему в

нос! Тут он и оклемается. Ну, а если и это не поможет, то можно

палец поджечь. Меня так тёща с женой из бодуна выводят. Я как

нажрусь …

- Слушай, Кубасик, ты вечно придумываешь какие-то сложно-

сти. Можно же гораздо всё проще сделать. – Первухин ходил по

кабинету взад-вперед и все время сплевывал себе под ноги. – Вот

надо, значит так, отнести его в ИВС. Там - блохи и вши. Две мину-

ты и он будет свеженьким, как огурчик!

- Нет. Надо придумать что-то такое, что может его взбодрить,

но, это самое, чтобы он не того! Он же может взять и капнуть! Я

уже вижу его насквозь! Подумаешь, отодрали его шавку, ну дали в

рог, так ведь за дело же, если разобраться. Сам-то, когда хочет тра-

хаться, ведь не ждёт? А это дело он наверняка любит! Все военные

как нажрутся, так сразу по бабам. А он ещё и моряк – спички бряк.

ХА-ХА! – Диденко вдруг заметил, что Монарцик лежит на полу без

признаков жизни. Лицо его стало белым, как у покойника.

Зашла Гюльнара – уборщица. Она и посоветовала дурью не

маяться, а вызвать скорую помощь. Да, баба – дура дурой, а совет

всё же дала дельный! Надо же?!

Скорая помощь прибыла ровно через 52 минуты. А спустя три

часа из больницы пришла телефонограмма, в которой сообщалось,

что у поступившего в тяжелом состоянии Монарцика В.С. состоя-

ние средней тяжести. Имеются переломы четырех ребер, переноси-

цы, левой ноги и сотрясение головного мозга 2-ой степени. О мно-

жественных ушибах сообщить просто позабыли. Дело в том, что

когда пришедшего в сознание Монарцика санитары несли на но-

силках, то идущий впереди споткнулся. Монарцик упал. Упал не

просто, а прямо в лужу. Вскочив на ноги, он поскользнулся и снова

упал, но на этот раз на поребрик. Сотрясение и перелом он получил

в трёх метрах от входа в приёмный покой больницы.

Выписавшись из больницы ровно через месяц, Монарцик

вдруг узнал, что дела уголовного никто и не возбуждал. Оказывает-

ся, Педрищев обслуживал практически всю милицию. Все мили-

ционеры мылись и пьянствовали в баньке у Николая Залмановича.

117

Мылись на халяву, пили на халяву, отдыхали ни о чем не думая.

Одним словом – у Педрищева всё было куплено.

Тем не менее, Монарцик начал писать жалобы, обивать мили-

цейские и прокурорские пороги. И только после того, как он побы-

вал на приёме начальника УВД города и области, дело было возбу-

ждено. И возбудил дело всё тот же Диденко, который так и не знал, куда и кому спихнуть весь материал, т.к. мыться он любил, а денег

из принципа никому и никогда не давал. Он всю жизнь работал в

режиме "сухой губки" – только брал. Жена его в магазине покупала

лишь хлеб да булку. Все другие продукты Диденко, впрочем, как и

большинство его коллег, доставал сам. Удивительное дело: СССР

давно уже нет, появилось засилье новых русских, капитализм всё

увереннее и увереннее набирает силу, а "отоваривание с заднего

хода" как было, так и долго еще будет. Многие бизнесмены при-

кармливают, дают на перспективу силовиков и чиновников. Прин-

цип этот - достаточно проверенный, не дающий серьёзных сбоев.

Диденко был в крайне затрудненном положении: с одной сто-

роны – его понуждали остатки совести и вялые распоряжения руко-

водства к производству и вынесению постановления по уголовному

делу против Педрищева, с другой стороны – тоже руководство, ку-

пленное перекупленное Педрищевым и его компанией, через со-

служивцев и подчиненных настоятельно рекомендовало закрыть

дело.

- Ты не печалься! Понял? – Монзиков с уверенностью смотрел