Зяма Исламбеков - Unknown

вав и не купив хоть что-нибудь, было просто не возможно. На вос-

токе у арабов кухня славится тем, что не бывает плохих блюд. Ара-

бы, все без исключения, постоянно что-то жуют. Идет арапчонок в

школу и по пути обязательно купит какую-нибудь вкуснятину.

Идет мамашка с детьми и непременно угостится превосходными

конфетами или обалденно вкусной шаурмой39. Ливанцы, а их в

стране чуть более 3,5 млн. человек, очень хорошо умеют торговать-

ся. Торгуются все и по любому поводу. Ни в одной арабской стране

39 В России шаурма есть только в Москве, а в других городах она называется шаверма.

Названия разные, а суть – одна и та же.

374

Вы, дорогой читатель, не увидите ценника на товаре. А если даже и

будет ценник, то это ровным счетом ничего не значит, поскольку

вещь может быть продана за цену, меньшую в 10-20 раз. Это уди-

вительно, но чем больше покупатель торгуется с продавцом, тем

большую симпатию он вызывает у окружающих, особенно у самого

продавца. Торгуются арабы шумно, энергично, напористо. Говорят

они много и быстро, активно жестикулируя и, то и дело, трогая по-

купателя то за плечо, то за руку, то слегка подталкивают в спину

или в грудь. Но делают они это не оскорбительно, а с арабским

почтением и большим вниманием. В принципе, арабы не любят

только евреев, американцев и христиан. Когда они видят белого

иностранца, то для них очень важно сразу определить – с какой

страны он прибыл и куда затем собирается, а также что ему надо

купить.

Утомленный морскими прогулками на яхте, лодке и сухогрузе

Монзиков, без денег и документов, шлялся по бесконечно длинно-

му базару в поисках какого-то гешефта. Он и сам не знал, что ему

было нужно, но сидеть на борту разгружавшегося судна он не хо-

тел. Рыжие пшеничные усы, вьющиеся волосы, сине-голубые с се-

рым оттенком глаза, небольшой животик и здоровенная задница в

сочетании с толстыми губами и носом с горбинкой – всё выдавало в

адвокате ЕВРЕЯ. Монзиков не знал ни одного иностранного языка,

зато все ливанцы знали русских евреев, от которых страдал весь

арабский мир. Один из самых больших парадоксов 20-21 столетия

заключается в том, что 4,5 млн. евреев Израиля терроризируют и

держат в страхе весь арабский мир. Евреев боятся и ненавидят, их

слушают и им всё время пакостят. Это только на первый взгляд ка-

жется, что арабы – полные идиоты. Арабская музыка, арабская

культура – это всё достаточно примитивно для любого образован-

ного человека (!) по сравнению с европейской цивилизацией. Но у

арабов есть очень много и такого, чего не хватает европейцам, и

что делает их не только равными, но и более счастливыми в этой

нелегкой жизни. Но об этом чуть позже, а пока Александр Василье-

вич праздно шатался по центральному базару, расположенному не-

подалеку от морского порта. То и дело он останавливался у очеред-

ного продавца кальяна, чтобы на халяву насладиться ароматом

шиши с добавками груши или сливы. Продавцы всерьез Монзикова

не воспринимали, однако и не отказывали ему в праве попробовать

товар. Может быть оттого, что адвоката тыкнуло практически сразу

375

же после первых затяжек еще при входе на базар, Монзиков и не

заметил всеобщего враждебного к себе отношения арабов. Вид у

него был такой, что к арабской неприязни примешивалось чувство

сострадания и жалости при виде никчемной, слегка заплетающейся

походки одинокого еврея, который всё время что-то пробовал, тро-

гал и разглядывал с нахальным, если не сказать более того - наглым

интересом. И всё бы было ничего, если бы Монзикова почему-то

вдруг не потянуло на карты, лежавшие на самом видном месте у

одного старца среди прочей арабской мелочи.

Для арабов, не признающих игры, карты были нонсенсом.

Монзиков остановился у полутора десятка различных колод, затем

взял ту, на которой были изображены полуобнаженные дивы и на-

чал с легкостью заправского иллюзиониста перемешивать карты.

Колода трещала, карты летали, но не падали.

Всего за несколько секунд вокруг торговца и адвоката образо-

валась толпа зевак, падких на европейские штучки-дрючки.

Как оказалось, ловкость рук унылого адвоката не нуждалась в

похвале, поскольку за каких-то 5-10 минут вокруг Монзикова со-

бралась такая толпа, что плюнуть было некуда. Монзиков начал

показывать один карточный фокус за другим. Темные арабы, нико-