и осмыслении русским обществом образа Малороссии-Украины. Среди них
есть и те, кто хорошо известен современному читателю, и те, кто ему мало
знаком. Впрочем, известность фамилии сама по себе ещё ни о чём не гово-
рит. Мы настолько, ещё со школы, привыкли к ним, что зачастую не замеча-
ем самих людей, «скрытых» за этими фамилиями, не вдумываемся в их слова
и мысли — а потому многие из них всё равно, что неизвестны. Что уж го-
ворить о тех, кто ныне почти забыт. Кроме портретов в альбоме помещена
подборка материалов (репродукций картин, рисунков, фотографий), как бы
зрительно характеризующая тот коллективный образ Малороссии-Украины, который сложился в русском сознании.
Однако по мере работы стало очевидно, что иллюстративный матери-
ал превращается во что-то большее, нежели просто иллюстрации в узком
понимании этого слова. По сути, получилась своего рода отдельная глава-
размышление: и над непосредственным предметом исследования — обра-
зом Малороссии-Украины в русском сознании, и над самим этим сознанием, над судьбами нашего народа вообще. Такие мысли начинают возникать сами
собой, по мере погружения в материал книги. Поскольку, как уже говорилось
в её вступлении, эта книга — о нас с вами. О нашем культурном и историческом
«я». О нашем национальном сознании. О нашем прошлом и нашем будущем.

256
«Подсолнухи». Фото с сайта: http://photographers.com.ua
«Белоруссия родная, Украина золотая», — пелось в одной известной советской
песне. И «золотой» Украину делают не только золотые руки её народа, не только
хлебные нивы, но и эти солнечные «цветы». Долгое время завезённое из Америки
растение в Европе и России считалось декоративным (и, судя по его внешнему виду, наверное, не зря), и лишь с начала XIX века подсолнечник всё шире входит в хозяй-
ственный оборот. И теперь юг России и Украину невозможно представить без золо-
того моря полей подсолнухов.


257
Несколько изображений главного героя книги — Николая Васильевича Гоголя
(1809–1852)
Единственный достоверный портрет
писателя петербургского периода его
жизни. Здесь Гоголь «не похож» на себя.
Точнее, на наши представления о нём, основанные на его знаменитых более
поздних портретах кисти Ф. А. Мол-
лера и А. А. Иванова. Но именно таким
в 1834 году его запечатлел Алексей Ве-
нецианов. Гоголю 25 лет. Уже написа-
ны «Вечера на хуторе близ Диканьки».
Впереди — «Миргород», петербургские
повести, «Ревизор». И путь от «простой»
известности к заслуженной славе.
Портрет Н. В. Гоголя. А. Г. Венецианов.
Автолитография, 1834.
Это не живописный портрет, а под-
линное изображение Гоголя, так он вы-
глядел на самом деле. Выкадровка из да-
герротипа, на котором Гоголь запечатлён
в окружении русских художников, жив-
ших и работавших в Риме ( автор пор-
трета по выкадровке К. А. Фишер ).
Здесь Гоголю 36 лет. Он уже мастер
слова, ведущий русский писатель. Впе-
реди продолжение работы над «делом
всей жизни» — «Мёртвыми душами» (за-
думанными как трилогия), литературно-
публицистическое обращение к со-
отечественникам — «Выбранные места
из переписки с друзьями», духовная
проза.
Н. В. Гоголь. Италия, 1845


258
Дагерротип. Фотограф С.Л. Левицкий. Рим, 1845 г.
А вот и сам дагерротипный снимок Гоголя в окружении русских художников.
служенный артист России Е. Н. Редько.
Старец Макарий – В. Цимбал.
«Духовная лестница» («лествица») —
путь преображения человека, оживле-
ния его души, очищения её от всего мел-
кого, низкого, омертвляющего.
Тот путь, по которому Гоголь всю
жизнь шёл сам и к которому так желал
призвать соотечественников.
Гоголь в Оптиной пустыни, проси-
явшей на всю Россию своими старцами.
Там он побывал трижды (в 1850–1851 го-
Читать дальше