Наталья - Соммерфильд Сильвия

Ланкастеров (в гербе алая роза) и Йорков (в гербе белая роза).— Прим. ред.

112

—

Вы шутите, — рассмеялся Флеминг.

—

Отнюдь, — ответил Эндрю и обратился прямо

к слуге: — Как твое имя?

—

Стивен, сэр.

—

Можешь идти, Стивен, — быстро и жестко

приказал Флеминг, как показалось Эндрю,

с

нервозностью в голосе.

Стивен предостерегающе злобно взглянул на хозяина,

но повиновался. Теперь Эндрю догадался о многом, а

именно, что Флеминг организовал убийство Якова III.

Все концы сходились, и когда-нибудь эти сведения

могли сыграть Эндрю на руку. Еще он понял, что

Донован Мак-Адам стоит на пути не только у него, но и

у Флеминга. Но Донован являлся соперником,

заслуживающим уважения, и убивать его вовсе не

входило в планы сэра Эндрю Крейтона — он вообще

не хотел брать грех убийства на свою душу.

Его конь отмерял милю за милей, и мысли Эндрю

сосредоточились на Энн. Если явится Мак-Адам,

расскажет ли Энн ему о том, что ее домоправитель

провел ночь вне дома?

Имея в качестве заключенных сестру и брата, Энн

едва ли питала симпатию к Мак-Адаму, но ославиться

на всю страну укрывательницей английского шпиона?

Это означало бы обесславить весь ее древний род.

Вместе с тем, выдав его Доновану, она могла

рассчитывать на милосердие короля по отношению к

брату и сестре.

Добравшись до дома, он тихо провел лошадь к

конюшням. Казалось, весь Божий свет спал, но он не

мог позволить себе риска. Дав лошади остыть и вымыв

113

ее, чтобы не осталось следов ночного путешествия, уже

в предрассветных сумерках он проскользнул к задней

части дома.

Пробравшись к окну, которое он в подобных случаях

оставлял не запертым, Эндрю распахнул его и залез

внутрь. Напряжение бессонной ночи, скачки и схватки

навалились на него; кроме того, вновь начала

кровоточить рана, и от потери крови кружилась голова.

Постояв внутри с минуту, он отшвырнул в сторону

плащ и зажег свечу. Повернувшись от стола и сделав

шаг к двери, Эндрю оказался лицом к лицу с Энн Мак-

Леод, сидевшей в глубоком кресле прямо напротив него.

Как ни быстро скакал Мак-Адам, впереди его ждала

задержка: он должен был появиться в замке. Как бы там

ни было, Мак-Леоды относились к числу самых знатных

фамилий и могли собрать под своими знаменами

многих. Со времени коронации Якова буквально

замучили заговоры и бунты, и ему совершенно ни к

чему был еще один мятеж. Кроме того, сам Донован не

горел желанием дискредитировать семейство, к

которому относилась его будущая жена. Вспомнив про

Кэтрин, он улыбнулся. Появилась лишняя возможность

заставить упрямицу прислушаться к голосу разума.

Разумеется, предстояло выяснить, насколько причастна

к происходящему Энн Мак-Леод. Донован получит

разрешение от Якова на визит к леди, известной своими

мягкосердечием и хрупкостью и наверняка считающей

его тираном: тем легче будет получить от нее нужные

сведения.

Из головы у него не выходили смеющиеся ему в лицо

голубые глаза поверх повязанного синего платка. В том,

114

что это был Эндрю Крейтон, он не сомневался. Но

уверенность еще не доказательство. Энн Мак-Леод

должна выдать ему этого человека, — едва ли она

станет заступаться за него. Но как не пытался он

опорочить в своих глазах англичанина, не мог не

восхищаться им. Восхищаться и уважать его, невзирая

ни на что, ибо немного приходилось Доновану встречать

людей столь благородных и с таким чувством

собственного достоинства.

За Эндрю Крейтоном стояло нечто большее, чем

могло показаться. Кольцо в кармане Донована было

единственным в своем роде; по этому колечку он

рассчитывает выйти на след владельца.

У Мак-Адама были кое-какие подозрения. Эндрю

производил

впечатление

человека

слишком

образованного и изысканного в манерах, слишком

искусного в обращении с мечом для простого

английского наемника. Как бы там ни было, Эндрю

оказался одним из лучших фехтовальщиков, с которыми

Доновану приходилось сталкиваться. В голове у него

даже мелькнула мысль, что таких именно людей он

хотел бы иметь в качестве друзей и союзников.

В замке хранилась книга с перечнем всех пэров

Англии. При некотором усердии Донован мог выйти на

нужное имя и вынуть этот сучок из своего глаза. Мак-

Адам с воинами с грохотом въехал в замковый двор. На