Unknown - o bae5185ab1389b8b

встретить смерть на ногах, до конца. Вот так.

В шесть ноль-ноль казарму заполнил привычный треск сигнала побудки, нарушаемый

непривычным ещё громоподобным басом Крайчека.

- Подъём! Через двадцать минут всем быть на построении! Форма одежды - облегчённая!

Курсанты, будто выдернутые из коек за невидимые нити, повскакивали и выстроились

вдоль прохода. Как только спина Воспитателя скрылась за дверью, казарма пришла в

движение.

- Как думаешь, - пробормотал Толя, сплёвывая в раковину, - пострелять дадут?

- Не знаю, - ответил Глеб. - Просраться дадут точно.

Виктор Крайчек мерил шагами плац возле деловито урчащего мотором "Лиса". Наличие

стоящего "под парами" автомобиля, рассчитанного вовсе не на три десятка человек, и

сваленных в кучу заплечных ранцев рождало в головах курсантов мысли, далёкие от

благостных.

- Вчера, если кто помнит, - начал Крайчек, с отвращением разглядывая помятый ХБ

отдельных индивидов, - группа осуществляла разминочный, - сделал он выразительное

ударение, - забег на шесть кругов по периметру. Сегодня вы покажите, на что способны в

действительности. Двадцать километров с десятикилограммовым грузом.

По строю прокатился синхронный вдох, застывший в лёгких и в полноценный вздох

трансформироваться так и не посмевший.

- Пойдёте маршрутом номер два. Есть среди вас недоумки, которым он не знаком? -

молчание. - Хорошо. Сейчас, - Крайчек взглянул на часы, - шесть двадцать три. В восемь

тридцать все должны быть на точке сбора. Опоздавшим лучше сдохнуть по дороге.

Разобрать ранцы!

Куча рядом с "Лисом" быстро растворилась, осев на плечах курсантов.

Крайчек занял место справа от водителя и подал сигнал к выдвижению.

Группа с машиной во главе проследовала через ворота внутреннего периметра и, свернув

влево, легла на заданный курс.

Любой марш-бросок имеет положительные моменты, особенно заметные, когда

подавляющая часть времени проводится в окружении бетона и стали. Глеб не знал точно, где

расположена "Зарница". Его вместе с группой прочей семи-восьми летней ребятни

доставили сюда два года назад в наглухо закрытом кузове грузовика с безымянного

аэродрома. Меньше минуты от трапа до машины, а потом - многочасовая тряска в

кромешной темноте, наполненной плачем, стонами, запахом блевотины и мочи, через

который пробивался еле уловимый хвойный аромат. Да, что-что, а природа здесь была

великолепная. Пологие, переливающиеся волнами холмы и сосны на них, огромные,

прямые, словно мачты. Когда дул ветер, пушистые зёлёные кроны раскачивались высоко-

высоко и тихо шелестели длинными иголками. Весной холмы покрывались густой сочной

травой, делая воздух настолько свежим и упоительно сладким, что хотелось пить его,

глотать раскрытым ртом ещё и ещё, пока не ощутишь вкус росы на языке. В начале лета

деревья-исполины сочились прозрачной, жёлтой и яркой, как солнце, смолой, наполняя всё

вокруг необъяснимо прекрасным, чуть щекочущем ноздри ароматом. Иногда удавалось

отковырнуть кусочек этого застывшего света, чтобы потом сунуть за щёку и жевать,

наслаждаясь его странным, горьковато-терпким вкусом. Осенью запахи снова изменялись,

становились мягче и тише, будто впадающая в полудрёму природа старалась убаюкать и

своих беспокойных соседей, подносила палец к устам и говорила: "Тшшшш". А когда вслед

за порой безмятежного увядания наступала зима, мир вокруг становился ослепительно

белым. В солнечный день невозможно было не щуриться. Мириады кристаликов льда,

устилающие всё ровным покрывалом, искрились и сверкали под лазурным небом, а сосны

нахлобучивали пушистые шапки. Сейчас только-только вступала в права осень. Сентябрь не

успел ещё притушить яркую зелень холмов, а прохладный воздух был чист и прозрачен.

Бежалось легко. Ноги, шурша камнями, несли Глеба по гравийной ленте, которая петляла

среди холмов и терялась далеко-далеко, за желтовато-зелёной дымкой леса, а перед глазами,

словно метрономы, раскачивались спины товарищей. Справа размеренно сопел Преклов.

Они бежал в середине колонны. Удобно. Не мозолишь глаза воспитателю, не нужно задавать

темп группе, и позади идущие не дадут расслабиться.

Спустя час мимо проплыл километровый столб с цифрой десять. Первая половина

маршрута была пройдена. Группа двигалась ровно, собранно и без видимых осложнений,

пока вдруг...