LEGA - Лега В

сильнее, то нередко его колотили и таскали за волосы, а еще того чаще —

осмеивали и поносили. Он принимал все это не противясь. Однажды даже, получив

пинок, он и это стерпел. А когда кто-то подивился, он ответил: Если бы меня

лягнул осел, стал бы я на него подавать в суд?» (ДЛ, II, 5). У свт. Василия Великого

в его «Беседе к юношам, о том, как пользоваться языческими сочинениями»

приводится сходный эпизод из жизни Сократа: «Некто, нещадно нападая на

Софронискова сына, Сократа, бил его в самое лицо, а он не противился, но

дозволил этому пьяному человеку насытить свой гнев, так что лицо у Сократа от

ударов уже опухло и покрылось ранами. Когда же тот перестал бить, Сократ, как

сказывают, ничего другого не сделал, а только, как на статуе пишут имя

художника, написал на лбу: «делал такой-то»; и тем отомстил. Поелику это

указывает на одно почти с нашими правилами, то утверждаю, что весьма хорошо

подражать таким мужам. Ибо этот поступок Сократа сходен с той заповедью, по

которой ударяющему по ланите должен ты подставить другую»14.

Сократ держался настолько здорового образа жизни, что когда Афины

охватила чума, он один остался невредим. Зимой он мог ходить обнаженным, легко

переносил всякие тяготы и часто говаривал: «Большинство людей живут, чтобы

есть, а я ем, чтобы жить». Он говорил, что чем меньше человеку нужно, тем ближе

он к богам. «Удивительно, — говорил он, — что ваятели каменных статуй бьются

над тем, чтобы придать им подобие человека, и не думают о том, чтобы самим не

быть подобием камня». Однажды он позвал к обеду богатых гостей, и Ксантиппе,

его жене, было стыдно за свой обед. «Не бойся, — сказал он, — если они люди

порядочные, то останутся довольны, а если пустые, то нам до них дела нет».

«Ты умираешь безвинно», — говорила ему жена, когда его обрекли на смерть.

Он возразил: «А ты хотела, чтобы заслуженно?» Когда Аполлодор предложил ему

прекрасный плащ, чтобы умереть, он отказался: «Неужели мой собственный плащ

годится, чтобы в нем жить, и не годится, чтобы в нем умереть?» Такие

свидетельства доносит до нас Диоген Лаэртский.

В «Апологии Сократа» Платона рассказывается о суде над Сократом. В

древней Греции существовала такая практика: прежде чем вынести приговор, на

суде сначала выслушивали обвинителей, а затем давали слово обвиняемому; после

того, как суд определит, виновен подсудимый или нет, тот мог вновь сказать

несколько слов в свое оправдание, после чего определялась мера наказания, в

выборе которой также мог принимать участие обвиняемый. Таким образом,

обвиняемый мог произносить на суде до трех речей. В первой своей речи Сократ

разбирает обвинения в свой адрес. Обвинители говорили, что Сократ «преступает

закон, тщетно испытуя то, что под землею, и то, что в небесах, выдавая ложь за

правду и других научая тому» (Апол. 19b). Сократ же указывает, что он никогда не

мог этому обучать, и рассказывает в качестве примера следующий случай. Некто

Херефонт пошел в Дельфы и обратился к оракулу с вопросом: «Есть ли кто мудрее

Сократа?» Пифия ему ответила, что никого нет мудрее. До Сократа донесли эту

мысль, и он задумался: «Услыхав это, стал я размышлять сам с собою таким

образом: что бы такое бог хотел сказать и что это он подразумевает? Потому что

сам я, конечно, нимало не сознаю себя мудрым; что же это он хочет сказать, говоря,

14 Василий Великий, свт. Творения, ч.IV. М., 1993, с. 354-355.

38

что я мудрее всех? Ведь не может же он лгать: не полагается ему это». Но Сократу

все же хотелось показать, что это не так, и он пошел к одному из государственных

мужей, который слыл умным человеком. Однако из разговора с ним Сократ понял,

что он отнюдь этой мудростью не обладает и лишь думает, что он мудр. И когда

Сократ ему это сказал, он обиделся и возненавидел Сократа. Пошел Сократ к

поэтам и ремесленникам. Однако и поэты, оказалось, пишут свои произведения по

некоторому вдохновению, а откуда берется в них эта мудрость — они и сами не

знают. А ремесленник так возомнил о себе, что стал считать, что, разбираясь в

своем ремесле, он может разбираться во всем, и поэтому он также не может быть

мудрым. Становилось ясным, что никто мудростью не владеет. Но все обижались

на Сократа за то, что он открывал им на это глаза, доказывая, что они ничего не

знают. Они не знают даже того, что они ничего не знают. Поэтому, приходит к