боб - КАРЬЕРА

Би с «Эскалибуром», и предприятие пострадает от злобных

нападок. А когда репутация паевого фонда запятнана, его

можно закрывать. И ты можешь помахать своей работе на

прощание рукой.

Естественно, мне никоим образом не хотелось подвергать

фонд опасности: в конце концов, он для меня оставался

спасательным кругом, средством к продвижению. Но

выделенный офис все равно сильно разочаровал, о чем я не

преминул сообщить.

— Ладно, согласен, — сдался Джерри. — Контора далеко

не идеальная. Но послушай, мистер Би наверняка сказал

тебе вчера, что тебе придется начинать с самого что ни на

есть нуля. Будешь начинать со всей командой, с чистого

листа. И если все пойдет, как задумано, сможем арендовать

для тебя пентхаус.

Да, мистер Баллентайн покорил тем же доводом. После

игры в теннис мы направились в клубный салон, где

Великий Вдохновитель продемонстрировал свое

великолепное искусство вдохновлять людей. Как и любой

проницательный гуру, он имел дар убеждать собеседника, будто тот — самый важный из людей, встреченных им за

всю жизнь, и меня тоже заставил поверить, будто во мне

имелся потенциал, чтобы стать... ну, скажем, великим.

— Знаешь, Нед, что понравилось мне в твоей манере играть

в теннис? — осведомился Баллентайн, пригубив стакан

апельсинового сока. — Жесткость в сочетании с

предусмотрительностью. Я видел, как ты играл. Пытался

измотать старика. Но ни разу не пробовал обхитрить. Очень

последовательно играл, и даже хватило терпения

подождать, прежде чем выиграть следующее очко.

Так вот, я считаю, что именно такой стратегии и должен

придерживаться настоящий продавец. Ты проявил

выдержку и целеустремленность, ни разу не блефовал, точно знал, когда нанести решающий удар. Потому-то я и

убежден: ты не только превосходно справиться с работой в

«Эскалибуре», но и сумеешь разбогатеть. Поскольку мой

друг, в тебе я вижу то же, что и в прекрасном новом мире

паевых фондов: неограниченный потенциал!

Согласен, может быть, Баллентайн и впрямь переборщил с

лестью. Но после затяжного падения в течение последних

месяцев подобное подыгрывание самолюбию возымело

более чем действенный эффект. Будущий начальник

определенно знал, через что мне пришлось пройти,

поскольку каждая его фраза предназначалась, чтобы

укрепить мою ослабевшую уверенность в собственных

силах:

— Нед, ты — не просто боец. Ты — победитель. Рыбак

рыбака видит издалека, парень. И меня жизнь загоняла в

угол — поверь, я понимаю, как тяжело приходится в таких

случаях. Тем более, что разрушена не только карьера, но и

личная жизнь. Открою тебе, Нед, один секрет. По силе

страданий крах бизнеса на рынке недвижимости по

сравнению с неудачным браком — не серьезней вывиха

лодыжки. Когда пришлось разводиться, то в жизни не

чувствовал боли сильней.

Глаза мои подернулись влагой. Я отвернулся от

Баллентайна, чтобы не показать, как растроган.

— Простите, — потер я глаза, — не знаю, что на меня...

— Мать твою! Никогда не извиняйся за чувство, Нед! —

ободрил Баллентайн. — Чувства — это хорошо. Это

правильно. Это значит, ты способен жалеть об утраченном.

Не пережив утрат, невозможно вырасти. Рост — это

изменения к лучшему. А изменения к лучшему всегда

приводят к успеху. И сейчас, Нед, ты как раз поднимаешься

вверх. Так что всякий раз, когда тебя охватывает боль из-за

разрушенного брака, говори себе: «Принимая боль, я

начинаю продвигаться к успеху»».

Странно, что слабость и бедность уничтожают иронию, и

хочется искать утешения в словах, которые прежде казались

смешными. Разумеется, я понимал: Джек Баллентайн

городит обычный психобред. Но именно такие фразы и

хочется слышать, когда сдают нервы. Интуитивно мой

собеседник понял: сейчас я чувствую себя, как потерянный, напутанный мальчишка, совсем один в огромном жестоком

мире, без папочки... Именно роль отца и взял на себя

Баллентайн. Стал родителем моей мечты — полностью

поверил в меня, вновь выпестовал былое самоуважение.

И если в обмен на помощь придется помучиться в офисе

размером с обувную коробку — что ж, так тому и быть.

Невелика цена за веру, которую выказывал новый шеф.

— Ну хорошо, офис я переживу, — ответил я Джерри, —

но можно мне хотя бы купить самое необходимое, чтобы

пошла работа?

— Без проблем, — согласился приятель и чуть позже, в тот