Дима - ПОНЕДЕЛЬНИК

делать, сдаешься ты. Потом вдруг пугаешься, – ведь тебе может не хватить времени!

Осталось всего лишь четыре дня, этого так мало. Ты тоскливо оглядываешь развороченную

крепышами гостиную и чуешь кожей, что в понедельник будет очень больно.

В квартире жарко. Наконец-то включили батареи и пустили горячую воду.

Поправив грязные бинты и одевшись, ты выходишь на улицу, чтобы в ближайшем

киоске купить газеты объявлений. Перед тем, как выйти из дома, кряхтя и чертыхаясь,

подбираешь с пола разбросанные Лидией деньги. Газетный киоск расположен поблизости –

новые ботинки пока не натирают. Ты приобретаешь свежие номера «Из рук в руки», «Работа

для вас» и еще пару изданий, рекомендованных продавцом. На обратном пути заходишь в

продуктовый магазин и покупаешь кефир. Замечаешь свое отражение в витрине – мятый

костюм, пуховик на распашку, круги под глазами. Со стороны кажется, что позади у тебя

бессонная ночь развлечений в каком-нибудь богемном кругу. Внешность обманчива.

Ты возвращаешься домой. Снимаешь пуховик, разуваешься, идешь в ванную комнату,

включаешь поочередно холодную и горячую воду, чтобы наполнить ванну, затыкаешь сток,

раздеваешься догола. Снимаешь окаменевшие бинты с рук и ноги. За время сна экземы

покрылись тусклой желто-бордовой коркой (застывшие гной и кровь), после расчесывания

она местами растрескалась. Ты решаешь обработать ранки после ванной. Суешь правую ногу

в воду, переносишь на нее вес своего тела, жмешься к стене, подтягиваешь левую ногу

(после ночных побоев двигаться надо медленно и осторожно), встаешь на обе ноги. Экзема

на ноге щиплет, но это терпимо. Встаешь на колени, засовываешь в воду руки (щиплет),

сгибаешься, медленно скользишь по стенке ванной и, помогая себе руками, ложишься на

спину.

Расслабившись, понимаешь, что тобой допущена неприятная ошибка. Краны от тебя

далеко, уровень воды стремительно поднимается, и для того, чтобы голова оставалась на

поверхности, придется беспрерывно напрягать пресс. Твой измученный живот этого не

выдержит. Превозмогая боль, садишься, тянешься к кранам и выключаешь их; делаешь

неловкое движение рукой и слегка задеваешь душевой шланг, насаженный на штырь в стене.

Затем вновь ложишься на спину, руками хватаясь за края ванной. Опять пытаешься

расслабиться, и вскоре тебе это удается, хотя соприкасаться с чугунной поверхностью битым

телом довольно-таки противно. Но горячая, ласкающая вода оказывает как будто лечебное

воздействие. Ты чувствуешь себя гораздо лучше. Тело находится в полу невесомом

состоянии, руки касаются бедер, глаза закрыты.

Теплота разливается по измученному телу, и ты испытываешь подобие возбуждения,

полового возбуждения. Это кажется занимательным, – у тебя давно не было секса, и ты не

против того, чтобы снять сексуальное напряжение, занявшись онанизмом. Ты нежно

гладишь руками внешнюю и внутреннюю стороны бедер, но гениталий намеренно не

касаешься – хочешь растянуть удовольствие. Ты подносишь руки к груди и также нежно

ласкаешь напрягшиеся в воде соски, затем гладишь живот, легонько задеваешь промежность

и снова поглаживаешь ляжки. Некуда спешить, думаешь ты. «После всего случившегося я

имею право приласкать себя». Ты крепко обхватываешь руками набухший член и мошонку.

Ты сжимаешь руками промежность и запускаешь пальцы во влагалище.

69

Но стоило только прикоснуться к гениталиям, как душевой шланг, прикрепленный к

стене и недавно тобой задетый, срывается со штыря и, задорно просвистев в воздухе, ударяет

тебя металлической насадкой по лбу, затем по левой ключице, затем (влекомый на дно) по

правой коленке и, наконец, по левой голени. Половое возбуждение моментально спадает.

- Ну за что мне все это?! – стонешь ты в голос. – Так нечестно!

Обозлившись на сантехнику и всю свою жизнь, ты встаешь в полный рост, осторожно

намыливаешься, смываешь пену и вылезаешь из ванной. Заворачиваешься в полотенце и

открываешь сток. Бережно вытираешь свое тело. Халат.

Ты покидаешь ванную комнату с обиженным видом.

* * *

Время обеда подошло к концу. Зоя Григорьевна распрощалась с продавщицами

«Столовой №1» и поспешила обратно в свою лавку, где она работала вот уже двенадцать лет.

Это был маленький книжный магазин, каких полно по всей территории бывшего Советского

союза, торгующий беллетристикой, классической русской литературой и канцелярскими