Дима - o f2ea2a4db566d77d

пустым жестяным ведром.

До самого леса друзья шли молча. Деревня Анонниеми как будто мирно спала.

- Вик, - позвал юноша на опушке.

-

Слушаю.

-

А что ты всё-таки хочешь найти в лесу? Думаешь, тот странный человек затаился где-

то поблизости?

В отличие от девушки Илья почти ничего с собой не взял – только прибор против комаров,

усовершенствованный и готовый к работе.

-

Не знаю. Возможно. Я рассчитываю найти хотя бы зацепку. Что-то может вывести нас

на след этого человека, или дать объяснение.

-

Но ведь днём… след искать… сподручнее.

- В дневном лесу слишком много лишней информации. Из-за людей. А потом… вот мы

уже продолжительное время живём прямо на краю этого леса и совершенно его не знаем. У

тебя разве нет желания с ним познакомиться? Лес, как и море, самим собой бывает только по

ночам.

- Вика, а ты готова… - Илья откашлялся. – Если потянуть… ты готова к тому, что наша

жизнь может резко измениться?

- У нас нет другого выбора, -ответила уверенно.

Сначала они шли по знакомой тропе, минут двадцать, всё глубже продвигаясь в лес, затем

Вика молча сменила курс, и молодые люди стали осаждать лесной массив, не разбирая

дороги. Не сговариваясь, оба они пытались издавать как можно меньше звуков, возможно, из

опасения спугнуть цель поисков, а, может быть, и из почтения к самому лесу. Время шло, из

дебрей вдруг выныривали новые тропинки, даже усыпанные гравием дороги, иногда друзья

ими пользовались, иногда продолжали идти напролом. Часто менялось направление

движения – то направо, то налево, то по той же дороге обратно несколько метров.

«Через час таких блужданий Илья вдруг понимает замысел своей подруги – Вика хочет

затеряться, сгинуть на время в ночном лесу. Как будто только так – бесшабашно, нелогично,

со сказочным удальством – можно вырваться из привычной реальности в ту, где затаилось

нечто. Эти не совсем человеческие хождения без системы – абсурдные с точки зрения

практично мыслящих людей – и были языком ночного леса, а Вика, как отмечает про себя

Илья, выучила его с лёгкостью и теперь уже вовсю лопочет на нём, будто на родном»

И вскоре лес им ответил.

В разгаре час быка. Друзья продолжают идти. Но уже медленнее. Под ногами, как дрова в

костре, то и дело потрескивают сброшенные деревьями веточки. Далеко-далеко говорит

кукушка. И вот неожиданно среди деревьев, по левую руку от Ильи и Вики, метрах в сорока

81

от них, показывается, сперва неверным видением, – огонёк. Затем второй. Только и остаётся

– замереть, окаменеть, ждать со страхом (Илья), предельно сосредоточенно (Вика), что же

случится дальше, какой эта лесная тайна предстанет в действительности.

-

Факелы, - шепнула через пару секунд девушка. – Там люди.

-

Они нас увидели?

-

Пока, наверное, нет.

-

Что будем делать?

-

Подберёмся чуть поближе.

-

Они точно заметят!

-

Тогда я пойду на разведку одна.

-

Вика, я с тобой.

-

Только тихо. Пройдём ещё немного и заберёмся на дерево. Оттуда легче следить. И мы

незаметнее.

Факельные огни не двигались – возможно, люди, их зажёгшие, остановились на привал,

либо занимались чем-то в избранном ими месте, но разглядеть что-либо, в том числе и самих

людей, пока не удавалось. Друзья продвинулись в нужном направлении ещё на десять

метров. Вика отыскала подходящее дерево – расходящийся у основания дуб – и, не теряя

грации, устремилась ввысь. Илья через некоторое время последовал за ней.

Противокомариный аппарат он закинул за спину, воспользовавшись специальным

ремешком.

-

Вот хорошая ветка, ползи сюда, - тихо руководила им девушка. – А я здесь.

Сидеть на мощных ветвях оказалось удобно. Илья, словно под ним кресло, отыскал себе и

подлокотник и спинку, а Вика, приняв максимально устойчивую позу, сразу перешла к

наблюдению – тут-то и пригодился её бинокль.

- Вижу человека, - шепотом комментировала девушка. – Так… Он в какой-то робе с

капюшоном. Факел в руке. Второй закреплён на дереве… Там широкая поляна… Ага,

костёр. Ещё не зажгли. Значит, что-то будет…

Но долгое время ничего не происходило. Ветви дуба перестали казаться таким уж

комфортным ложем, конечности начали болеть, а засевшие в дереве их обладатели –

откровенно заскучали. Вика даже громко зевнула. «С тем же примерно вызовом, с каким в

детские годы, в приюте, шуршала бумажками, если её никак не могли найти во время игры в