— Олег, никуда не уходите, — предупредил Кастильский. — Как в прошлый раз. Просто подождите меня.
Удивлённо подняв брови, я повернул к нему голову. Он усмехнулся и добавил:
— Вы думаете, я не знаю, как вы шарили по комнатам тогда? Ничего страшного не произошло. Хорошо, что мои гости вас не заметили. Вышел бы конфуз.
— И что было бы? Убили бы, как свидетеля?
Кастильский снисходительно улыбнулся, ничего не ответив.
— Расслабьтесь, — сказал он. — Отключитесь от всех мыслей, постарайтесь ни о чем не думать. Как и в первый раз ваше тело отяжелеет, в конечностях вы ощутите покалывания. Значит, вы вошли в транс. Не поддавайтесь эмоциям, смотрите на все, как сторонний наблюдатель.
Он щёлкнул тумблером — яркое освещение сменилось на мерцающий полумрак, будто сверху набросили покрывало, сотканное из звёздной пыли. Через мгновение я очутился в светлой комнате, сквозь высокие от пола до потолка окна пробивался яркий солнечный свет. Я оглянулся, решив, что должен увидеть Северцева, но передо мной сидела очаровательная худенькая девушка, с ярко-зелёными глазами и стрижкой каре. Душу заполнила тёплая волна любви и нежности к дорогому существу.
— Юлечка, девочка моя, мне очень нужно, — услышал я чей-то голос, показавшийся мне до боли знакомым.
— Зачем? Почему ты не можешь побыть со мной? — спросила девушка, и приблизилась к моему лицу, вдруг я чётко осознал, что вижу все происходящее глазами другого человека. Юля — жена Северцева. — Деньги?
— Да, нам с тобой очень нужны деньги.
— Господи, Гриша, неужели нам вдвоём плохо? Зачем так мучиться из-за какого-то ребёнка. Ну, нет и нет, Бог с ним. Усыновим, в конечном счёте.
— Нет, это должен быть мой ребёнок. Пойми, Юлечка.
Девушка встала, как мне показалось в сильном раздражении, обхватила себя за плечи и пробормотала:
— Неужели ты всерьёз веришь в это проклятье?
— Да не в этом дело! Просто хочу, чтобы после меня что-то осталось. Понимаешь?!
— Ты что собрался умереть, Гриша? Не пугай меня!
Передо мной, как в калейдоскопе завертелись события. Знакомые и незнакомые люди возникали, и тут же исчезали. Вдруг все разлетелось на куски, я оказался в пещере с нависавшим надо мной сводом, услышал шум набегавших на берег волн. В полутьме поблескивали белки глаз. Человек сделал шаг навстречу, страшный удар сбил с ног, сквозь гаснущее сознание пробился женский крик: «Не надо! Гриша! Нет!». Я вздрогнул и открыл глаза. Присев на кресле, с трудом отдышался, вытер пот со лба. С тихим шелестом распахнулся дверь.
— Как вы себя чувствуйте, Олег? — вглядываясь в моё лицо, спросил с тревогой Кастильский. Когда я лишь слабо покачал головой, он нахмурил кустистые брови и поинтересовался: — Вы видели убийцу?
— Да. Но я не знаю этого человека.
— Но узнаете, если увидите?
— Конечно! — воскликнул я. — Никогда уже не забуду, — добавил я, непроизвольно передёрнувшись.
— Жаль, что не смог помочь вам, — с сожалением произнёс Кастильский.
— Нет. Помогли. Я многое понял теперь, — возразил я.
— Будьте очень осторожны, — предупредил Кастильский.
Я вышел на улицу, взглянул на мобильник — пять пропущенных звонков, меня вызывали на съёмки. Я шёл к остановке трамвая, возвращаясь снова и снова к видению гибели Северцева. Я понял, кому принадлежал женский голос, кричавший: «Не надо». Милана была на месте преступления. Она всегда знала, кто убил Григория.
20.
В коридоре меня встретила Лиля, осунувшаяся и заплаканная. Теперь я понимал, из-за чего она в таком состоянии, но язык не поворачивался высказать ободряющие слова, они звучали бы фальшиво.
— Олег, гримируйтесь и переодевайтесь, сразу будем снимать, — предупредила она меня.
— Прямо сразу? — удивился я.
Но Лиля ничего не стала объяснять, лишь махнула рукой в сторону открытой двери, из которой доносились голоса.
— Да что же это такое, — причитала Галя. — Не верю я. Хоть убейте, не верю.
Я нарисовался на пороге, Галя запнулась, бросив на меня чуть испуганный взгляд, добавила:
— Олежек, как я рада видеть. Садись. Ты уж знаешь, что Юру арестовали? — поинтересовалась она.
Я кивнул, говорить на эту тему мне не хотелось.
— Не верю я в его виновность, хоть режьте меня, — продолжила она. — У него прекрасные отношения были с Гришей.
— Да ну да, — возразил администратор Виссарион Германовича, удобно пристроившись на кушетке рядом. — Они как кошка с собакой были с Северцевым. Ругались почём зря. То Григорий на съёмки опоздает, то сцепится с Игорем Евгеньевичем, то гонорар его не устраивает. То пропадёт на несколько дней, Лифшиц с собаками его ищет, а Гришка в казино сидит. Да что говорить!
Читать дальше