Лера Любченко - Часть IV

— Я доплачу за неудобства, вызванные моим желанием приобрести это зелье, Филипп, — вкрадчиво сказал Драко и полез в карман, изящным жестом достав из него бархатный черный мешочек, который характерно звякнул, вызывая алчный блеск в глазах продавца. Драко довольно улыбнулся: золото всегда оказывало большое влияние, что на людей, что на волшебников. Всем хочется жить и жить хорошо, имея возможность приобреcти все, что душе заблагорассудится.

Робб вздохнул и картинно развел руками:

— Как я могу отказать вам, мистер Малфой?..

— Это было бы крайне неосмотрительно с твоей стороны, — Драко начал злиться: какого черта этот недоносок тянет?

— Как скажите, как скажите… но зелья у меня нет… могу продать ингредиенты.

— И даже глаз дракона?

— Да. Весь набор, но зелье сварите сами… поймите, у меня жена, дети… я не могу так рисковать.

— Хорошо. Тащи ингредиенты, и если там будет не все… — Драко протянул руку с зажатой в ней тростью и выразительно провел ее кончиком по горлу продавца. Робб издал невразумительный всхлип и быстро закивал.

Через пять минут все нужные компоненты лежали в ряд перед покупателем. Драко придирчиво изучил их все, поморщился, глядя на листья мандрагоры, которые явно были уже старыми, а значит, их потребуется гораздо большее количество, потом сгреб все в специально приготовленную сумку и уменьшил ее заклинанием.

Когда он вышел, уже сгущались сумерки, и, погруженный в собственные мысли, Драко не заметил неясной тени за своей спиной. А когда заметил, было уже слишком поздно. Однако инстинкты ловца, отточенные еще с детства, все-таки позволили ему поймать движение боковым зрением и дернуться в последний момент.

Нож вошел под лопатку, и Драко чуть не задохнулся от ужаса. Больше всего на свете он боялся крови. С тех самых пор, как остался жив после поттеровской Сектумсемпры, с тех пор, как запах крови, ее ощущение под одеждой и просто выворачивающая слабость, стали его персональными воспоминаниями, заставляя раз за разом содрогаться от ужаса. Вот и сейчас паника накрыла его с головой. Он не боялся заклятий, но нож… это было настолько неожиданно, что Драко не сразу сообразил достать палочку.

Его противник в черном плаще и капюшоне, закрывавшем лицо, отшатнулся, поняв, что жертва еще жива и собирается обороняться.

От ужаса и накатившей дурноты Драко не мог вспомнить заживляющего. Он, конечно, помнил, но вот произнести правильно, тем более направив палочку на рану, не получалось.

Малфой осел на землю, просто хватая ртом воздух, уже не в силах сопротивляться. Незнакомец подошел очень близко и снова вскинул руку с ножом, намереваясь довести начатое до конца.

Драко закрыл глаза. Сейчас, как никогда, ему захотелось жить. «Жить!» — взрывалось его сознание беззвучным воплем.

— Инкарцеро, — прохрипел он, чувствуя, как вместе со звуками из его рта выплескивается и пузырится на губах кровь.

***

Альбус виновато потоптался на пороге отцовского кабинета.

— Проходи, — Гарри выпрямился в своем большом кресле и облокотился на стол, подперев голову кулаком.

— Где Скорпиус?

— В гостиной. Ждет, когда ты доступ к каминной сети откроешь. Он хочет вернуться в Йоркшир.

— Не думаю, что его отец одобрит это желание. Он сказал препроводить Скорпиуса прямиком в Менор. И я вынужден подчиниться.

- Не смеши меня, — фыркнул Альбус, — ты - и подчиниться… Слушай, пап, ну да — виноват, — он опустил голову, потом тут же упрямо вздернул подбородок. Гарри невольно вздрогнул: настолько он был похож на него самого в юности и насколько другим был его взгляд. Уверенный в себе и в том, что отец поддастся уговорам.

— Что? — Гарри улыбнулся: такой Альбус ему очень нравился, хоть и несколько пугал.

— Давай оставим Скорпиуса.

— Что?!.. — Гарри поперхнулся и закашлялся. Через пару секунду стало понятно, что Главный аврор смеется.

— Ал… он же не зверек, не книззл… я тебя умоляю…

— Да ты меня не понял, — Альбус покраснел и махнул рукой, — ну, не отправляй его в Менор. Пусть со мной останется на каникулах. Я его уговорю.

— Не думаю, Ал, — покачал головой отец, — он же с матерью был. У него семья есть…

— Ему там скучно, — твердо сказал Альбус, — а я к Уизли не вернусь. Там Джим, с ним я видеться не хочу.

— Допустим, — кивнул Гарри, — но все-таки давай дадим слово самому Скорпиусу.

— Ладно, — Альбус пожал плечами, и глаза заблестели озорным блеском.

Через пять минут он уже тормошил Скорпиуса, уговаривая остаться. Долго уговаривать не пришлось — Скорпиус совершенно не рвался остаться с отцом один на один. А то, что отец заберет его из Йоркшира, если он туда отправится — ясно, как и то, что за окном снова снег.