kostik - Любитель историй

пот, молвил:

- Все мы: я, вы, ваш покойный родитель, и многие другие -

часть одной странной и довольно жуткой истории, которой

суждено было случиться и она произошла. Фатум, мисс

Джейсон. Коварная судьба, от которой не убежать и не

спрятаться, куда бы вы ни ушли, где бы ни схоронились. И

боюсь, что даже смерть вашего отца не избавила его от

неизбежной расплаты за собственные поступки.

Клер слушала бывшего капера - ныне служившего богу, - а

представляла перед собой одинокую фигуру мистера

Лиджебая. Воздвигнув стену из доброй сотни правил и

запретов, ее отец сам угодил в бесконечное мытарство

между миром живых и мертвых. Она хорошо помнила

осунувшуюся фигуру призрака в черном плаще,

возникавшую то в спальне, то посреди пустынной мостовой

и осознавала насколько ему страшно и одиноко.

Лишившись человеческой оболочки, отец не избежал

роковой судьбы, не укрылся за призрачным очертанием

собственной смерти. Даже там, в неведомом королевстве

между небом и землей, он не смог улизнуть от уготованной

ему участи. Фатум настигнет его даже в новой ипостаси.

Только что же за расплата могла быть страшнее самой

смерти?

Вопрос, обрушившись на голову, раздавил ее, не оставив

ни единого шанса на спасение.

- Мы обречены? – одними губами вымолвила Клер.

- Боюсь, что да, мисс.

У Терси не было ни тени сомнения.

- Я думал, что прошлое оставило меня в покое. И меня, и

вашего отца, и даже старину Билли, местного старьевщика.

Отправившись в путешествие, мы желали обрести свободу,

покорить мечту, освободив из плена Синюю птицу удачи.

Но вместо этого обрушили на свою голову проклятия,

которым нет числа.

Голос дрогнул, и Терси закрыл лицо руками.

Приблизившись к нему, Клер так и не решилась обнять

пастыря.

Покосившись на покоящиеся части некогда великого и

неподвластного ледяным водам корабля, Рик понял, что это

и есть разрозненные воспоминания бывшего старпома.

Именно они никогда не отпустят его от себя. И именно они

разорвут священника на части, упрятав бренное тело в

покрытую мхом могилу в одной из забытых частей

кладбища.

- Вы можете говорить? – осторожно поинтересовалась

Клер.

Терси не ответил. Он был далеко. Слишком далеко, чтобы

слышать девушку. Водоворот воспоминаний держал его

достаточно крепко.

Не в силах противостоять чему-то неведомому, засевшему

в его голове, пастырь поднялся, и решительно оглядев

присутствующих, повернулся к ним спиной. Бледное лицо

лишь на секунду мелькнуло в свете чадящих ламп и исчезло

во тьме.

- Простите меня, но наш разговор состоится не сегодня, -

сухо изрек Терси ли Джейскоба, бывший старпом капитана

Бероуза. – Прошу лишь об одном. Ограничьте свои

прогулки по городу. В этих стенах зло вас не тронет, а за

пределами, увы, я не могу дать такой гарантии.

- Но, сэр? – попыталась возразить Клер.

- Больше ни слова, мисс Джейсон. Завтра вечером я

расскажу вам все что знаю сам и даже немного больше.

Завтра, но не сейчас. Мне необходимо собраться с мыслями.

А теперь прошу вас, ложитесь спать. Нам всем понадобятся

силы.

- А что творится в городе? – вопрос Рика оказался как

всегда неуместен.

Но на сей раз, бывший старпом, ответил сразу:

- В Прентвиле поселилась Химера, мой юный друг. И дай

нам, Святые мученики, не попасться ей на глаза, и

встретить новый рассвет живыми.

День седьмой: приносит Джейсонам три ночных

кошмара, а бывшему старпому ужасные воспоминания.

В эту ночь Рик никак не мог сомкнуть глаз. Забившись в

угол, он долго смотрел в пустоту окна, за которым зиял

тревожный сумрак непогоды. Недавний кошмар никак не

выходил из головы отгоняя прочь спасительный сон.

Наконец, закрыв глаза, юноша долго ворочался, пытаясь

собраться с мыслями. Но слова пастыря продолжали

будоражить его. Тогда, устав бороться с самим собой, он

стал "считать коров". И уже через пару минут не заметил,

как внезапно провалился в ночной кошмар.

В одно мгновение он очутился на палубе…

Мерно покачивавшийся на волнах галеон, плыл в полный

штиль, но гостю корабля казалось, что корабль просто стоит

на месте. Сделав несколько шагов, Рик остановился. Палуба

под ногами не издала ни звука. Судно немного накренилось

влево и бочки, закрепленные у борта, подались в сторону.

Цепь, удержавшая их на месте, натянулась.