Unknown - i c625ff9a7b83c04f

щие огнем буркала и угловатые формы худощавой фигуры распрями-

лись…Миг. При всем своем умение и помощи команды, Перст не успел

среагировать – нападавшие оказались быстрее молнии.

Жадно чавкая, они впились в его тело, разрывая его в клочья. Захлебываясь

собственной кровью летный попытался отползти к воде, но не тут-то было.

Одержимые не собирались отпускать жертву.

Я стоял, замерев на месте и четко осознавая, что не могу сделать и шага.

Все тело сковало такой ледяной коркой, словно я превратился в одну из ста-

туй первых механикусов, стоявших в летнем парке Пара-винта.

- Пошли прочь! - один из летных, высокий бородач в широких штанах и

жилетке, ловко спрыгнул за борт и, обнажив кривую саблю, стал прибли-

жаться к аборигенам.

- Стоять! Не сметь!

Голос старпома обрушился на нас сверху как раскат грома.

Команда замерла в исступление, и только бородач не остановился, продол-

жая осторожно двигаться вперед.

Несчастный уже не орал, а тихо постанывал. Его тело не произвольно со-

дрогалось под напорами ненасытных ртов. Чавкающее хрюканье стало от-

четливо слышно даже на корабле, а вскоре раздался хруст ломающихся кос-

тей.

- Будьте вы, прокляты, итарово отродье! - взревел бородач и занес саблю

для удара. В этот самый миг, его запястье оплел кнут старпома.

- Не сметь!

Тело летуна дернулось и повалилось на землю. Барибала оказался возле бо-

родача и прижав того коленом к земле, одним ловким движением отобрал

оружие. Затем он повернулся к нам и, указав на одержимых, произнес:

- Напасть на них - значит умереть! Помочь жертве - значит умереть! Попы-

таться спасти - умереть! Варус, выпускай...

Летный отсалютовал и отпустил с цепи огромного пса, на котором будто на

гирлянде висели связки каких-то весьма вонючих плодов. Пленник припус-

тился прочь, а старпом задорно присвистнул.

Одержимые отвлеклись, и заводили носами, будто голодные волки. А уже

через мгновение, они на четвереньках помчались вслед за четвероногим.

Дождавшись пока одержимые не исчезнут в ночном сумраке, старпом по-

дошел к безжизненному телу летуна и повязал ему запястье красную ленту -

в знак воздушной традиции. Именно такой дар должен был принести мерт-

вец, попав на суд к воздушному покровителю Икару.

Утром мы отвязали концы и стали медленно набирать высоту, оставляя за

спиной прекрасный пейзаж опасного острова. Аборигены весело кричали,

улюлюкали, провожая нашу летающую крепость. С наступлением солнца их

неведомая болезнь исчезла без следа, оставив после себя лишь неприятный

привкус крови и багровые следы на песке.

* * *

- Чего застыл? Живо к капитану! - рявкнул мне на ухо старпом и, смерив

меня лобным взглядом толкнул в спину.

Недавние воспоминания в одну секунду рассеялись, словно дымка над во-

дой и я поспешил в верхнюю каюту.

На мой неуверенный стук, послышался слегка хрипатый голос одноногого.

За долгий месяц путешествия, мне так и не удалось перемолвиться с ним

словом. Райдер нечасто появлялся на палубе, проводя время в уединении,

как мой бывший наставник виртуоз Босвел.

- Проходи, садись, - холодно произнес одноногий.

Сам он расположился возле небольшого секретарского столика.

Прикурив трубку, капитан долго изучал какие-то пожелтевшие бумаги, а за-

тем не глядя на меня, поинтересовался:

- Та история, что ты рассказал мне... Могу ли я верить твоим словам?

- Мне нет выгоды врать, тэр, - не раздумывая ответил я.

- Стало быть, ты действительно какое-то время был в услужение гнома-

великана и даже умудрился побывать с ним в Ржавом городе...

- Так и есть, - кивнул я в ответ.

Капитан отложил исписанный лист в сторону. Затем глубоко затянулся и

выпустил наружу клубы сизого дыма.

- Ты говорил, его рука была механической. Верно? Точно ли ты запомнил:

правая, а не левая.

- Безусловно, - вновь откликнулся я.

Оказавшись возле стола, одноногий уткнулся в небесную карту, по которой

осторожно со скрипом передвигались металлические конструкции облаков и

воздушные караваны тянулись с запада на восток, создавая настоящий не-

бесный тракт, отмеченный тонкой красной нитью. Подобное чудо техники,

созданное искусными кранксами мне не раз приходилось видеть на материке,

но здесь, в свободных землях, где презирали технический прогресс и любое

изобретение механикусов, подобная вещь была явна в диковинку. Я искренне