Helen - Unknown

В последнее время стреляли часто. Наксиды казнили более шестидесяти распространителей "Сопротивления" - видимо, схема винтовки Сидни стала последней каплей. В Старой Трети, где еще не улеглось негодование, бросили зажигательную бомбу в дорожный патруль. За это наксиды расстреляли одиннадцать торминелов и много больше взяли в заложники.

Встречу назначили в частном клубе "Шелковый бриз" на втором этаже офисного здания в лайонском районе. Казимир, в длинном плаще и с тростью в руке, встретил Сулу у входа. Он удивился, увидев ее, но потом улыбнулся и изящно поклонился. Замерев в поклоне, он бросил взгляд вверх:

- Все равно на учительницу математики не похожа.

- Так и задумано, - по-аристократически растягивая слова, произнесла она, снова удивив выпрямившегося Казимира.

- Ночью в постели голос был другим.

Сула почувствовала, что идущий сзади Макнамара напрягся. "Великолепно. Нам в команде как раз не хватало потрясенных и оскорбленных".

- Не будь вульгарным, - одернула она Казимира, стараясь сохранять аристократические нотки.

- Мои извинения, миледи, - вновь поклонился тот.

Он провел ее внутрь. В огромном вестибюле, блиставшем полированной медью, возвышалась бронзовая фигура лайона, ростом вдвое выше обычного. Сула не имела ни малейшего представления, что символизирует большой тетраэдр в руках статуи. Лайоны-охранники в синих мундирах и высоких киверах внимательно оглядели вошедших, но остались на месте. Втроем они поднялись на эскалаторе на второй этаж, к сверкающей медной двери клуба с табличкой, что он закрыт для проведения частного мероприятия.

Казимир распахнул дверь и повел Сулу и Макнамару в полутемный клуб. Мутный свет пасмурного дня мерцал на металлических поверхностях и полированной древесине. Из полумрака появились лайоны-телохранители, на сей раз без дурацких головных уборов, и проверили, нет ли на пришедших подслушивающих устройств. Они нашли, но не тронули оружие, не сомневаясь, что Сула и ее спутник не были наемными убийцами.

Казимир, поправляя плащ после обыска, провел всех вглубь зала. Там он постучал в неприметную дверь.

Сула провела рукой по лацканам, расправила плечи и приготовилась вести себя, как старший офицер на осмотре доков. Она не вправе приказывать, но может давить авторитетом. Ее единственными козырями были титул пэра и офицерское звание. Она должна стать воплощением истинной аристократии, олицетворением Флота и законного правительства - и до всех донести это впечатление, невзирая на собственные сомнения.

У Жюльена, открывшего дверь, глаза на лоб полезли при виде Сулы. Засуетившись, он тут же посторонился.

Держась прямо и сцепив руки за спиной, Сула шагнула в комнату. "Это моя комната", - внушала она себе, но вся уверенность улетучилась, когда на ней скрестились взгляды присутствующих.

В темной комнате, за столом, напоминавшим скорее кусок асфальта, сидело четверо: два терранца, лайон и даймонг. Последний по своей природе не умел выражать эмоции, но у других были неподвижные, словно высеченные из гранита, лица.

Сула услышала, как за правым плечом шевельнулся Макнамара, - хоть какая-то поддержка. Казимир вышел вперед и встал поодаль.

- Джентльмены, - начал он, отвесив поклон, - представляю вам лейтенанта леди Сулу.

- Я Сергий Бакши, - произнес один из терранцев. Он был абсолютно не похож на сына - круглолицый, с куцыми усиками и ледяным взглядом хищной рыбы. - А это Ам Тан-до, любезно согласившийся принять нас здесь, - он показал на лайона.

Тан-до совсем не выглядел любезным. Он развалился в мягком кресле, опершись на него острой грудиной. Яркая модная одежда смялась, как на набитом пухом тюфяке. Кожа была землистого цвета, а мигательные перепонки почти закрывали глаза. Он походил на столетнего старика, но темные кустики перьев на голове говорили об обратном.

- Здесь собрались друзья, готовые с интересом выслушать любое ваше предложение, - продолжил Бакши. - Это мистер Пател. - Он показал на молодого терранца с блестящими волнистыми волосами, ниспадающими на воротник. Пател даже не моргнул в ответ на легкий поклон Сулы.

Даймонга звали Сагас. На его лице навечно застыло выражение неизбывного страдания.

По словам Казимира, все четверо были чем-то вроде неофициального правления, контролирующего преступность на юге Заншаа. Главным считался Бакши, наверное, потому что дожил до зрелости, а его так и не убили.

- Джентльмены, позвольте представить вам моего помощника Макнамару. - Сула не забывала по-аристократически растягивать слова.