Helen - Unknown

Сула разъезжала по городу, большую часть времени координируя группировки, или убеждая их присоединиться к борьбе, или разрешая территориальные конфликты. Поездка в Зеленый Парк показала всю неразумность передвижения с вооруженной охраной, поэтому чаще всего она была пассажиром на мотоцикле Макнамары, легко объезжающем блокпосты и другие опасные места. Иногда она отправлялась по делам с Казимиром на его персиковом лимузине или в одиночку. Она всем представлялась леди Сулой, но летом в парике было жарко и неприятно. Ее собственные волосы отросли, и наконец она сделала прежнюю прическу и перекрасилась в более или менее похожий на натуральный цвет. Всё равно враги леди Сулу не разыскивают.

Про Жюльена, казалось, тоже забыли. Был выдан ордер на арест, но никто так и не пришел. Возможно, Легион справедливости считал, что он по-прежнему в тюрьме, а влияние Сергия Бакши удерживало местную полицию от розысков.

Транспортная компания Сулы расширилась, и теперь целая армия неприметных автомобилей развозила контрабанду по городу. Скачка взяли экспедитором. Сула уже скучала по его вечному присутствию около ее дома.

Хотя она по-прежнему редко бывала у себя. Длинные летние ночи они с Казимиром проводили в темных душных комнатах среди молодых головорезов, на многолюдных дискотеках и на чистых прохладных простынях. Поздно ночью, тесно обнявшись в номере-люксе какого-нибудь отеля, они планировали покушения, выбирали мишени, исполнителей и стратегию.

Не поднимая особого шума, Казимир с Жюльеном собрали собственную группу из молодых и рисковых парней и объединились с группировкой Патела, главаря, первым вызвавшегося сражаться с наксидами "во имя любви". Они назвали себя "Бого", в честь детской игрушки, которую практически невозможно сломать.

Бого выходили на самые опасные задания. Они ликвидировали двух судей, один из которых, принадлежавший клану Ушгай, был убит по дороге домой из загородного поместья. Они же сожгли продовольственный склад клана Джагирин, а также убили трех наксидских чиновников средней руки, одного Джагирина и двух Кулукрафов, вместе с их телохранителями.

Сула лично в операциях не участвовала.

- Ты теперь генерал, - напомнил ей Казимир, - и не должна сражаться на улицах вместе с войсками.

Она целиком посвятила себя планированию нападений, продумывая мельчайшие детали отступления и стараясь не потерять ни одного бойца.

Когда мятежное правительство наконец прибыло с Наксаса, Сула наотрез отказалась от идеи Жюльена атаковать их, пока они торжественно проходят по шоссе Акстатл в Верхний город. Враг наверняка ожидает этого. Она не ошиблась, наксиды собрали тысячи полицейских со всей округи и расставили их по крышам домов и по обочинам шоссе.

Вместо этой операции она приказала всей подпольной армии совершать нападения в других частях города. Она подчеркнула, что выбор мишени не имеет особого значения, главное - взрывы и огонь. И в воздух полетели машины и грузовики, запылали пустые здания, на улицах и в парках зажглись костры из мусорных куч. Все наксидские силы стянули к шоссе, поэтому беспорядки в городе было некому остановить. Комитет спасения Праксиса двигался к Верхнему городу в клубах дыма и под эхо взрывов, отражавшееся от домов.

Комитет и его жалкий парламент, не досчитавшийся множества депутатов и состоявший лишь из тех, кого удалось убедить или принудить представлять в нем родные миры, занял свое место во Дворце собраний и принес клятву новому режиму. Сквозь стеклянные стены этого возвышающегося над столицей здания они смотрели на Нижний город, а огромные столбы окутывающего улицы дыма походили на прутья клетки, в которую они себя добровольно посадили.

Наксиды с удвоенным рвением начали ставить блокпосты и проводить обыски, наводнив столицу полицейскими, привезенными из других городов и размещенными в гостиницах. Сула считала, чем больше наксидов, тем больше мишеней, но в то же время теперь приходилось более аккуратно продумывать атаки и пути отступления.

Стало сложнее нападать на высокие чины, и лоялисты переключились на мишени попроще. Атаковали любых наксидов, как в коричневых мундирах госслужащих, так и без них. В результате, в парках, на площадях и в общественных местах почти не было видно наксидов. Они отсиживались дома, выходя только по делам.

И лишь в Верхнем городе они могли спокойно разгуливать по улицам. После убийства судьи Макиша Суле не удалось провести там ни одной успешной операции. Слишком много полиции, негде скрыться, практически нет ненаксидского населения. Единственная дорога на вершину перегорожена хорошо вооруженным блокпостом, и ее, и фуникулер постоянно держат под прицелом антипротонных орудий, установленных в Верхнем городе.