Иван Петров - Томчин

Арсенал нам требуется создавать, чтобы выданное трофейное оружие по домам не растаскивали, иначе все расползется по семейным кладовым. А это национальное достояние, для дела будем выдавать тем, кто в походы отправляется. Продумать надо с Архаем, другого начальника арсенала пока не вижу. Хорошее трофейное оружие в семье – только как награда за личную доблесть воина, как орден – за заслуги. Или, в другом случае – если сама семья часть накопленных богатств направит на создание личной оружейной. Страна в любой момент должна иметь возможность выставить подготовленные и прекрасно вооруженные полки, а не зависеть от того, с каким оружием хозяину со двора вздумается выехать. Хватит самодеятельности в этих вопросах.

Есть у меня мысль, обсудить ее надо с Бортэ, Мухали и Боорчу. Сыновья уже почти все взрослые, воевать рвутся. А страна не одной войной живет, не только победами. Надо нам детей мирной жизнью проверить, управлению научить, не все здесь словами объяснишь. Да и поймет не всякий. Сам такой был. Молодость…

Раздадим им в управление несколько районов страны, посмотрим, у кого лучше дело пойдет, кого народ больше полюбит, за кем потянется? Все под контролем, конечно, подскажем, поправим. Для этого и существуют отец и мать. Может, соревноваться братья начнут – у кого счастливей народ на земле окажется. И, опять же, дурость каждого будет видна. Сколько не объясняй, а пока сам не убедится – не поверит. Но народ нам точный ответ даст, кто здесь молодой хан, а кого лучше из дому не выпускать, чтобы семью перед людьми не позорить. Старшему побольше юрт в управление, младшим поменьше, без обид. Все мы для Монголии живем, хоть это я им в головы вложил, надеюсь?

Может, и вообще все идеально сложится, если у всех четверых таланты раскроются. Один – полководец признанный, другой – идеальный управленец, третий – экономист, хозяйственник, а четвертый – народный любимец, политик, вождь. Не потянуть мне одному все эти роли, по крайней мере – долго не потянуть. Надо постепенно перекладывать дела на сыновей. Пора взрослеть, ребята! Пора. Пора…

Если верить купцам, шпионам и кое‑кому из наших знающих людей (а больше верить некому, никто в информаторы не набивался), Китай сейчас состоит из двух империй: северной – Цинь, граничащей с нами, и южной – Сун, расположенной за северянами. Живут, как везде, гадят друг другу на голову по‑соседски. Поэтому о Сун пока не думаем и не насмешничаем, а сосредотачиваемся в размышлениях на Цинь. Как сказал Горбатый: " Я еще ничего не решил". Думаем, собираем данные.

Продолжим. Империя Цинь расположена за Великой китайской стеной на плодородных землях вдоль Желтой реки. С расстоянием от реки до границы с южной империей Сун – не определиться. Едут, едут, и вдруг – уже не Цинь вокруг, а Сун. Не страшно, приедем, померим расстояния. Самоназвание северных китайцев чурджены, созвучно нашим манчджурам, не важно. Два поколения назад они отрядами охотились на монгольские племена и захваченных людей увозили к себе в рабство. Немногие сбежавшие и вернувшиеся рассказывали обо всяких ужасах, которые чурджены с людьми творили, поэтому отношение к ним у монголов схоже с отношением русских к немцам после Отечественной войны. До сих пор живы те, при ком все это происходило, послушал их. Да… Так индейцев в Америке истребляли, и на ловлю африканских рабов для плантаций похоже. Таков исторический антураж.

Местная Великая китайская стена высотой в четыре‑шесть человеческих роста и почти такой же толщины, с башнями и бастионами, расположенными на расстоянии прямой видимости друг от друга, тянется вдоль всей страны с запада на восток. Данных о возможности ее обойти слева или справа нет. В башнях и бастионах – гарнизоны. Там, где проходят дороги вглубь страны, имеются ворота, защита усилена дополнительной охраной. Это пока все.

Нас с Великой китайской стеной разделяет глинистая пустыня, переходящая в степь до самого подножия стены на западной части границы; и просто степь от нашей границы до самой стены в ее восточной части. Там, в степи и пустыне, живут наши братья кочевники, онгуты, когда‑то предупредившие нас о подготовке Западной коалиции к интервенции. Жизнь и нравы у нас похожи, отношения доброжелательные, бесконфликтные. Но они не монголы, язык свой, законы свои. Охраняют стену от нас за китайскую плату. Воевать с ними совсем не хочу и завоевывать их тоже не хочу. Хорошие соседи, почти друзья. Варианты?