Дэн Уэллс - Руины

— А я гадал, почему нам до сих пор не попалась ни одна метка.

— Радуйся, что не попалась.

— Может быть, сюда? — проговорил Грин. — За края карты. Когда пересечем границу, найдем карту Нью-Йорка.

— Бесполезно, — сказала Кира, вспоминая карту, которая была у нее раньше. — На западе еще больше озер — их там сотни. Я не знаю, патрулируют ли их Айви, но предпочла бы не приближаться к ним просто на всякий случай. Лучше всего направиться на юг.

— На юг куда? — спросил Грин. — По-моему, стоит обсудить это сейчас, раз уж мы планируем путь. Я дезертир, поэтому не могу приближаться к территории Морган. А после Айви я стал малость недоверчивым, чтобы искать встречи с какой-нибудь другой фракцией.

— Я знаю, что ты чувствуешь, — произнесла Кира. — Я собиралась навестить как можно больше мелких фракций, но теперь…

Она надеялась, что остальные не окажутся столь жестокими, как Айви, и еще больше надеялась, что они не подчиняются кому-то жуткому, вроде Кровавого Человека, но откуда ей знать наверняка? Стоит ли рисковать? «Если еще хоть одна фракция схватит меня ради какого-нибудь… ритуального жертвоприношения… стоит ли оно того?

Я пытаюсь спасти мир, — подумала она. — Ради этого можно пойти на все».

Она посмотрела на Грина.

— Я не сказала тебе, зачем пришла сюда.

— Мне было бы интересно узнать об этом.

— Доктор Морган опасна, — сказала Кира. — Как я понимаю, тебе об этом можно не говорить, судя потому, что ты бежал от нее.

Грин ничего не ответил, и Кира продолжила. Ей в первый раз приходилось рассказывать кому-то свой план, и она была рада, что перед ней только один человек, а не целая группа. Она не знала, как все преподнести. Девушка уже поняла, что неправильно было начинать с Морган, и вернулась немного назад:

— Люди умирают от РМ, — проговорила она, — а Партиалы умирают от «срока годности». Изучая документы Морган, я обнаружила, что исцеление для обоих видов одно и то же: Партиалы вырабатывают лекарство от РМ, а люди, в свою очередь, способны производить частицы, которые останавливают «срок годности» Партиалов. Оба лекарства были созданы таким образом, что единственный способ спасти оба вида — это жить вместе. Желательно, в мире.

Грин молчал, и Кира угадала в этом его недоверие. Она продолжила:

— Я имею в виду, что мы должны тесно сосуществовать. Жить вместе, работать вместе… попросту говоря, вести себя так, будто мы один вид, а не два.

— Это бессмыслица.

— Я пытаюсь все объяснить, — сказала Кира. — Передачу частиц практически невозможно повторить в лаборатории, а на кону — десятки тысяч людей и сотни тысяч Партиалов. Оба вида могут излечить друг друга, но они должны постоянно дышать одним воздухом. Они должны жить вместе, а не воевать.

Задумавшись, Грин ничего не ответил. Через мгновение он снова взглянул на Киру.

— А доктор Морган?

— А что доктор Морган?

— Ты начала говорить, что она опасна.

— Да, — произнесла Кира. — Когда я поняла это, то ушла, потому что не доверяла ей. Морган, скорее поработит людей, нежели будет работать с ними.

— Значит, ты не доверяешь Морган и ушла, чтобы попытаться найти другие группы Партиалов, которые были бы более расположены к идее сосуществования.

— Да.

Грин сделал долгую паузу.

— Ты уверена, что процесс, который ты описала, работает? Что все действительно так просто?

— Я пересекла весь континент в поисках людей, которые разработали РМ, — тех самых, которые создали Партиалов, — и выяснила только то, что все сделанное ими было частью плана. Этот план полностью сорвался, и люди, которые занимались его осуществлением, либо сошли с ума, либо же просто… сдались. Но план по-прежнему существует, он записан в наших ДНК. И это все, что у нас есть.

— Значит, Партиалы исцеляют людей, а люди исцеляют Партиалов. — Грин посмотрел на Киру. — Где во всем этом твое место?

Кира вздохнула, чувствуя тень того же отчаяния, которое, убежденная в своей бесполезности, испытала в операционной комнате у Морган.

— Я никого не могу излечить, — тихо проговорила она. — И не думаю, что у меня есть «срок годности». Я не знаю, где мое место.

Грин посмотрел на небо, синева которого светлела по мере того, как всходило солнце.

— Нам нужно отдохнуть, но я не хочу останавливаться, пока мы не покинем территорию Айви.

— Пожалуй, это разумно.

— Мы пойдем на запад, как я и предлагал. Может быть, там повсюду озера, но раз Айви отметили свою границу вокруг этого, то, надеюсь, это говорит о том, что другие не представляют из себя опасности.