Лачуня - Unknown

- Это серьезный недостаток.

Хейз усмехнулась и повторила слова Оден.

- Это можно исправить.

- А теперь давай еще раз и медленно, - попросила Гейл Дунбар. Она как раз проснулась и вставала, когда Оден позвонила ей. Теперь, одетая в бледно-зеленый верх от врачебной пижамы и трусы-шорты с красными сердечками, она сидела напротив Оден за маленьким кухонным столом на кухне своей квартиры на третьем этаже. Окно было раскрыто, и теплый ветерок нес с собой запах цветущих деревьев и обещание скорой весны.

- Я – новый директор отдела лесбийской прозы в Палмер Паблишинг! – Оден не могла сдержать ликования.

- Эээ – я рада за тебя, дорогая, правда, рада. Но каким макаром это приключилось?

– Это немножко сложно, - с улыбкой созналась Оден. Она успела переодеться в джинсы и тонкий свитер с полукруглым вырезом и сидела, поджав ногу под себя и наклонившись чуть вперед, опираясь локтями на стол. – Я расскажу тебе короткую версию.

Гейл слушала внимательно, рассеяно поглаживая голову Шейлока; пес уютно устроился у нее на коленях. Через несколько секунд она прервала Оден:

- Погоди минутку. Назад. Опиши мне ее еще раз.

Оден неожиданно покраснела, вспоминая, как выглядела Хейдон Палмер, когда стояла в дверном проеме, безо всяких усилий излучая потрясающую харизматичность. У Оден не находилось слов, чтобы описать ее.

- Она примерно моих лет, очень … красивая. Волевое лицо, выразительные черты. Темные волосы, пристальные черные глаза. Выше меня ростом, крепкая и худая. Глубокий голос, плавный и вроде как… цепляющий.

- Господи, - выдохнула Гейл, - ты меня заводишь.

- А что тебя не заводит? – рассмеялась Оден. – Но она и правда великолепна.

- Не дразнись. Я тут и так страдаю, - Гейл скорчила гримасу.

- Ты это о чем? О ком? Лилит?

- Она была на прошлой неделе.

- А, так ты уже мучаешься от воздержания?

- Эй, - притворно запротестовала Гейл, - быть хирургом-ординатором очень сложно. Мне необходимо компенсировать душевный стресс небольшими развлечениями.

- Не знаю, можно ли отнести Хейдон Палмер к категории развлечений, - на мгновение Оден снова представила себе темноволосую женщину. Ей казалось, что Хейз может быть разной - настойчивой, требовательной, поглощенной работой. Ее глаза блестели волнением и страстью, когда она говорила о новом отделе. Но развлечение? Кажется, для этого в ней не было места. – Она выглядела такой целенаправленной. Такой устремленной.

- Высокая, темная, красивая и страстная. Кажется, она произвела на тебя большое впечатление, - отметила Гейл, приподнимая бровь. Это что-то новенькое. Во всех смыслах.

Оден поежилась и пожала плечами, не совсем понимая, как описать чувства, которые затронула в ней Хейз. Она не привыкла к тому, что кто-то может зацепить ее так сильно, да еще после столь краткого знакомства.

- Странно, - пробормотала она вслух, - мы провели вместе всего пару минут, а ощущение такое, будто мы говорили несколько часов.

- Ммм, - Гейл встала, чтобы достать из холодильника газировку. – Хочешь чего-то?

- Что? – Оден все еще была погружена в воспоминания о Хейдон Палмер. – А, нет. Я в порядке.

- Итак, - продолжила Гейл, вернувшись на место и снова устроив Шейлока у себя на коленях, - она гей?

- Я не знаю. Откуда мне знать? – Оден смешалась и снова покраснела. – Мы не обсуждали личные вопросы.

- Ну, такая вещь как отдел лесбийской прозы должна что-то да значить, - Гейл отхлебнула диетического лимонада и внимательно посмотрела на свою подругу. Она никогда не видела Оден настолько утратившей душевное равновесие и взволнованной. Кто угодно, но не спокойная, организованная, все контролирующая Оден.

- Ничего это не значит. Она издатель, ради всего святого!

Гейл фыркнула.

- Да-да, конечно. И все мы знаем, насколько прибыльно издавать лесби-прозу. Брось, Оден! Это узкий рынок, и я не могу себе представить, чтобы кто-то разбогател, публикуя произведения, не рассчитанные на широкий круг читателей.

- Может быть, у нее другие планы! – Оден вспыхнула, задаваясь вопросом, с какого это дива она встала на защиту Хейдон Палмер. Она ведь с ней даже толком не знакома. Более спокойным тоном она добавила: - Может быть, она хочет публиковать качественные работы, независимо от того, какую нишу они будут занимать на рынке.

- Ну, может и так, - уступила Гейл. И осторожно спросила:

- А она знает, что ты – не гей?

- Это было собеседование. Она бы не стала задавать такие вопросы, - сухо ответила Оден. Чтобы скрыть свою неуверенность, она занялась перестановкой солонки и перечницы по красным и белым квадратам скатерти, избегая слишком понимающего взгляда подруги. И даже если бы она спросила, что бы я ей ответила? «Я не знаю, кто я. Не могу точно сказать» - так, что ли?