Array Warrax - Princeps Omnium

Подробно о манихействе будет далее в соответствующей главе.

Добра / Зла, разумеется, нет (см. соотв. главу), здесь мы лишь использовали цитату из ВЗ в неявном виде. Впрочем, возможна трактовка выражения "станете как боги, знающие добро и зло" в смысле "узнаете, что это — лишь иллюзии".

Однако начался этот процесс раньше — с развития дуализма в иудаизме после вавилонского плена. Сравните 2 Цар. 24:1 (довавилонский период): " Гнев Господень опять возгорелся на Израильтян , и возбудил он в них Давида сказать: пойди, исчисли Израиля и Иуду" и 1 Пар. 21:1 (поствавилонский период): "И восстал сатана на Израиля , и возбудил Давида сделать счисление Израильтян".

Непонятно, каким образом возникает необходимость для всемогущего , но здесь мы не занимаемся критикой противоречий христианской мифологии.

Это психологическая трактовка, ее очень подробно разбирал Карл Густав Юнг. С точки же зрения теологии развитой концепции такого в до-христианском иудаизме нет и, думается, еще долго бы не было, если бы не сама нелепая смерть Иисуса. Развитие самой этой концепции не наблюдается в речах самого Иисуса (предсказание о своей смерти не только приписаны ему, но и не несут той казуистики, которую мы знаем по христианскому учению). Она есть в Новом завете в речах апостолов (Деян.8:30 и след.), но наиболее развита у Павла. Хотя, что примечательно, Павел, как и другие апостолы, рассматривает в качестве жертвы не Бога, а Совершенного Человека (Второго Адама).

В теориях, претендующих на объяснение реальных фактов, излишние сущности всегда вводятся парами, просто это не все и не всегда замечают. Объяснение — в неравновесной термодинамике.

Пусть существует сложная динамическая система, находящаяся в состоянии неустойчивого равновесия. Это условие просто необходимо, если описывается именно система , а не процесс. И пусть существует теория, пытающаяся описать внутреннюю структуру этой системы. Идеальная теория: непротиворечивая, предсказательная и не имеющая избыточности (лишних сущностей) — полно и адекватно описывает эту систему. Если же в эту теорию внести зн ачимую избыточность, появится вектор, пытающийся "столкнуть систему" в неустойчивое состояние. Но так как de facto система (не путать с состоянием системы) устойчива , в теорию просто необходимо ввести еще одну лишнюю сущность, которая будет противостоять первой, обеспечивая баланс устойчивости, наблюдаемый в реальности. Иначе теория будет просто отвергнута как неадекватная. Вот и получаются строго противоположные сущности-пары: позитив/негатив, добро/зло, бог/черт, творец/деструктор и т. д.

Известный манихей Лактанций (245–325) в своих "Божественных установлениях" писал (2:8): "…он [бог] привел эти два начала к борьбе, но одно из них возлюбил как сына, а от другого отрекся как от дурного".

Антимонотеизм нельзя назвать чертой архетипа Сатаны, хотя он иммантентно присущ сатанизму. Дело в том, что это понятие вторично и не универсально — ведь если не было бы монотеизма, то откуда бы взялся антимонотеизм? В архетип Сатаны входит не антимонотеизм per se, а черты, которые антагоничны многим архетипическим составляющим монотеизма. Так что в первой редакции у нас здесь была ошибка.

Не будем придираться к плохому знанию Тертуллианом римской истории. Не Нерон покорял восточные провинции. Разве что он пытался это сделать с помощью искусства, когда гастролировал по Греции.

Апокалипсис изначально не всеми принимался в качестве канона. Многие апологеты на него не ссылались как на авторитет. В первой четверти IV века Церковь не признавала богодухновенности большинства так называемых соборных посланий и Послания к евреям (Евсевий, Церковная история, VI.13:6). Согласно Лаодикейскому собору 363-го года, в состав Нового завета вошли 26 книг (кроме Откровения Иоанна). После этого вопрос о новозаветном каноне подвергался обсуждению еще на двух соборах — Гиппонском (393 г.) и Карфагенском (419 г.), — пока, наконец, не был "окончательно решен" в 692 году на Трулльском соборе. — Р. Хазарзар, "Сын человеческий"

Греческое daimwn обозначает вообще божество, без различий по шкале добра/зла, как стали делать христиане позже. У Гомера daimwn является полным синонимом qeoV , а полное определение демонов как «злых» произошло только в Септуагинте.