Антихрист

Кто же все‑таки этот антихрист? Какова его сущность? На это очень ясный ответ дает св. Иоанн: «Кто лжец, если не тот, кто отвергает, что Иисус есть Христос? Это антихрист, отвергающий Отца и Сына» (1 Ин. 2, 22), в другом месте — «А всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста» (4, 3). Указания пророков находим во втором письме святого: «Ибо многие обольстители, — пишет он, — вошли в мир, не исповедующие Иисуса Христа, пришедшего во плоти: такой человек есть обольститель и антихрист» (2 Петр. 7). Слова св. Иоанна ясно определяют: сущность антихристова духа — отрицание полноты богочеловека Христа. Христос есть истинный Бог и истинный человек. Он есть гипостатическая совокупность. А кто отрицает хоть одну часть этой совокупности — «А всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа» (1 Ин. 4, 3), — разрушает свою личность и таким образом становится антихристом. Антихрист везде, где только Христос хоть скольконибудь искажен. И не имеет значения, в чем выражается это искажение — в философии ли, в искусстве, в общественной жизни или только в установке отдельного человека. Где только оно проявляется, там — антихрист. Антихрист — объективация искаженного Христа. Он — «тайна подлости», которая действует против Христа (ср.: 2 Фес. 2, 7). В этом смысле антихрист так же стар, как и сама история. Более того, он был включен уже в пролог исторического процесса на небе. Если Люцифер отказался почитать божественный Логос и служить Ему потому, что последнему было предназначено вочеловечиться, то, как учит Duns Scotus [392], Люцифер естественно превратился в противника Христа от самого начала. Любое историческое отрицание Сына Человеческого в сущности есть не что иное, как продолжение и развитие того изначального отрицания, которое осуществилось на небесах.

Возможно также, что эта общая отрицательная установка по отношению к Христу в конце истории, когда божественные и демонические силы особенно проявятся, приобретет личное выражение. Священное Писание дает основание этому предположению. Когда св. Павел предупреждал фессалоникийцев насчет веры в скорое пришествие Христа, он указал как раз на антихриста как на знамение приближающегося конца истории: «Да не обольстит вас никто никак: ибо день тот не придет, доколе не придет прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносившийся выше всего, называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога» (2 Фес. 2, 3–4).

Если земная история, как говорилось, постоянное возрастание зла, то нет ничего невозможного в том, чтобы эта злая сила сосредоточилась в одной точке и как человеческая личность торжествовала свою особенную победу и таким образом получила бы определенное «воплощение», как подражание воплощению Божиему. В этом смысле и Соловьев здесь усматривает сходство, проводя аналогию между Христом и антихристом, как между двумя личностями. Антихрист тоже личностей в своей полноте и завершенности зла, он их воплощение. Он выступает как носитель ненависти Люцифера, направленной против божественного Логоса и вместе с тем против всего, в чем только проявляется Логос. Если история до Христа была временем долгой подготовки к появлению Богочеловека, то история после Христа является подготовкой к выступлению против дьяволочеловека. Появление антихриста в образе личности было бы издевательским ответом на явленное некогда ему воплощение божественного Логоса. В теологическом смысле здесь содержатся предупреждения, которые мы находим в христианской литературе и которые всегда нас наводят на мысль, что антихрист как личность займет престол этого мира. И так как антихрист, как увидим, везде и всегда подражает Христу, эти предупреждения становятся все более обоснованными.

Однако было бы ошибкой воспринимать опасность антихриста лишь как проявление зла в образе личности и всю его борьбу, направленную против Христа, видеть только в нападках этой удивительной личности. Было бы ошибкой думать и действовать, воспринимая антихриста только как явление последней эпохи, так, словно история свободна от его влияния. Если Откровение и дает основание для трактовки антихриста тоже как личности, то Откровение также указывает и на то, что антихрист постоянное явление истории. Св. Павел говорит об этом совершенно определенно: «Ибо тайна беззакония [393]уже в действии, только не совершится до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь, — и тогда откроется беззаконник» (2 Фес. 2, 7—8). Иначе говоря, антихрист удерживается по велению Бога. В конце истории он явится как безбожник, но в этом его появлении не будет ничего нового, только неизмеримое скопище давно известных и постоянно действующих в истории сил зла. Антихрист как личность будет лишь наиболее зрелым плодом вечного антихристова духа. Кажется, что св. Иоанн утверждает то же самое: «…и как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов» (1 Ин. 2, 18), а несколько дальше: «…много лжепророков появилось в мире», и дух, который не исповедует Иисуса Христа, «есть уже в мире» (4, 2—4). Правда, св. Иоанн утешает христиан тем, что Христос, который живет в нас, есть «больше того, кто в мире» (4, 4). Но этими словами он признает совершенно определенно, что противник уже действует в мире.