Иван Охлобыстин - Иоанн Кронштадтский

А вот рассказ другого очевидца, священника Иоанна Попова:

«…Быстро растворяется дверь и отец Иоанн быстро идет к выходу; какая-то старушка накидывает на него его теплую рясу, и не заметил я, как моментально он надел ее, на ноги калоши, взял шапку и уже очутился совсем у выходной двери, а тут и сани; его преследует толпа, в коей замешался и я; со всех сторон слышатся просьбы: “Батюшка! Зайдите к нам! Благословите! Болящая! Батюшка! Батюшка!..” У выходных дверей, несмотря на все старания молодого псаломщика, так стиснули отца Иоанна, что он немного поморщился, но не сказал ни слова; прорвался он через толпу, сел в сани; но толпа устремляется к саням, хватает за рясу; отец Иоанн возлагает руку, на все стороны, раз даже назад подал руку, и все это так быстро, что едва успеешь уследить; просьбы своей я, оттесненный толпой, не успел высказать… Сани скоро скрыли отца Иоанна из вида толпы… Толпа рассыпалась на две стороны…

И в только что описанной обстановке отец Иоанн сосредоточен на внутренней молитве: он как бы ничего не видит и не слышит, хотя по временам и вслушивается в содержание просьбы, даст краткий ответ и скорее спешит туда, где больше всего и скорее всего нужна его молитвенная помощь.

“Этому батюшке и поесть некогда! Он весь занят молитвой и нуждами других. Если бы мы имели хотя сотую долю этой самоотверженной любви, любви не к себе, а к другим, то не тянуть отца Иоанна к себе, а, напротив, до поры до времени уклонять его от своих докучливых просьб должны бы; пусть-де он справляется да отдохнет хотя немного, а я подожду. Нет, нам хочется в один день все дела сделать и поскорее уехать восвояси, а о том мало думаем, что и у отца Иоанна как ни одухотворенное, а все же пока бренное человеческое тело”, – так утешал и укорял я себя и своих соквартирантов и оправдывал отъезд отца Иоанна в Петербург.

Закончился день вечерней в соборе и чтением акафистов в частном доме для желающих.

Говорят мне, уже на сон грядущему и вопрошающему об отце Иоанне, что он приедет из Петербурга часов в одиннадцать ночи…»

ИЗ ДНЕВНИКОВ ОТЦА ИОАННА

«Замечательное явление в природе: когда посадишь растение в большой, широкий горшок или в кадку, растение сильно идет в корень: он толстеет, дает много разветвлений, и дерево худо растет вверх, дает немного и небольшие листья и цветы. А когда посажено в малый горшок, тогда корень бывает малый, а растение быстро возрастает вверх, дает хорошие листья и цветы (если растение производит цветы). Не так ли бывает с человеком? Когда он живет в просторе, изобилии и довольстве, тогда он растет в чрево свое и не возрастает духом выспрь, не приносит плодов – добрых дел, а когда живет в тесноте, в бедности, в болезнях, в напастях, в скорбях, словом, когда животная сторона его подавляется, тогда он духовно возрастает, произращает цветы добродетелей, зреет и приносит богатые плоды. Потому-то тесен путь любящих Бога».

И еще одно интересное свидетельство: «…пастырь в алтаре. Часов с 6–6.30 утра. В Андреевском соборе три протоиерея, и потому отцу Иоанну не каждый день приходится отправлять службу; если очередь не его, то он становится на клирос вместо дьячка и читает Апостол, молитвы, поет… Громко, внятно, отчетливо и с каким-то особым благоговением звучит его приятный и сильный голос, в котором нет и признака старческой дряблости.

– Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, – раздается в храме чтение отца Иоанна, и полная народом церковь падает на колени.

Кончена служба (заутреня или ранняя обедня). У отца Иоанна 10–15 визитов в Кронштадте, несколько встреч, потом 10–15 молебнов, поездка в Петербург, несколько исповедников, несколько десятков визитеров, сотни две писем, которые надо все прочитать, а на некоторые ответить, сотни две “поминаний” о страдающих и больных, просящих молитв отца Иоанна…

А завтра опять то же и т. п. и т. д. изо дня в день, из года в год.

…А еще у отца Иоанна был особый обычай, особое правило – “ходить на огонек”. Поздно вечером «на сон грядущий» батюшка выходил на улицы Кронштадта и обходил город с молитвой о нем, и если видел, что где-то в поздний час горит огонек в окне дома, заходил туда. Огонек в поздний час означал, что в доме скорбь и нужна помощь. Удивленные люди встречали священника, поражаясь, как он узнал о их беде…»

ИЗ ДНЕВНИКОВ ОТЦА ИОАННА

О Литургии

«Облекшись во Христа верой и причастием Св. Тайн, я бываю разумен и тверд, как скала». «Я умираю, когда не служу Литургии».