Сульпиций Север - Труды

Хотя некоторые из этих сходств следует отнести к обычным библейским и аскетическим заповедям [135] Об отказе праведника принять подарки см.: 4 Цар. 5:15-27. Он специально упомянут Иеронимом: V. Hil. cap. 18 et 27. , все же совпадение в отношении к браку, к уклонению от добродетели или отказ от встреч с мирской знатью - все это является весьма примечательным. Далее, Сульпиций явно выражал свое восхищение Иеронимом, чьи порицания он рассматривал как весьма актуальные для церковной жизни в Галлии. В этом контексте он дословно цитирует место из знаменитого письма Иеронима “О девстве”, адресованного Евстохии [136] См.: D I, 8, 2-9, 5, где мы встречаем две реминисценции на письмо 22 Иеронима. . Из этого можно сделать вывод о том, что Сульпиций, по меньшей мере, знал данное письмо и, похоже, другие тоже. Письмо Иеронима 117, адресованное матери и дочери в Галлию, вероятно, было известно Вигиланцию [137] См.: Hieronim. Contra Vigilantium 3 (PL 23, cols. 341). и Иероним надеялся, что подобного рода письма будут иметь хождение среди его почитателей, а потому и писал в расчете на будущую публику [138] Hieronim. ep. 123, 17, 3; 117, 12. .

Кроме того, дословные совпадения показывают, что Сульпиций совершенно определенно знал иеронимово “Житие Павла” [139] H. Delehaye. Saint Martin et Sulpice Se vere. AB 38 (1920), p. 48. . Он, возможно, знал также и “Житие Илариона” того же автора, где излагается популярное объяснение причины засухи, которое заключается в том, что “смерть Антония оплакивали даже стихии”, и это весьма напоминает сульпициево описание изменения погоды в связи со смертью Мартина: “его же смерть [даже природа - А. Д.] оплакивала” [140] V. Hil. 32; D III, 7, 3. . Мы также можем увидеть некую аллюзию на это произведение Иеронима в конце “Жития Мартина”, где Сульпиций рассказывает о бесконечных постах, бдениях и молитвах Мартина: “И, признаюсь честно, если, как утверждают, сам Гомер являлся ему из преисподней, то это вполне могло иметь место”. Данное сообщение с оговоркой “как утверждают” выглядит как преднамеренная аллюзия на Иеронима, который говорил по поводу своей попытки описать жизнь Илариона следующее: “Даже если бы был жив Гомер, то он либо позавидовал бы такой теме, либо подчинился бы ей” [141] V. M. 26, 3; V. Hil. 1. Любопытно также отметить, что Иероним ссылается на Саллюстия в первой главе своего "Жития Илариона", точно так, как это сделал Сульпиций в первой главе "Жития Мартина". . Далее надо отметить, что в обеих работах мы находим одну и ту же идею о “национальных святых” [142] D III, 17, 5-6; V. Hil. 14. , а также точки соприкосновения в рассказах о Мартине и Иларионе при их встрече с разбойниками [143] V. M. 5, 5; V. Hil. 12. .

Таким образом, можно считать, что Сульпиций вполне определенно знал “Житие Илариона” и “Житие Павла” Иеронима, письмо о девстве к Евстохии, а также, как мы видели ранее, иеронимов перевод и продолжение “Хроники” Евсевия. Вдобавок, Сульпиций мог ознакомиться и с другими работами Иеронима, такими как “Житие Малха” и иными письмами. Наверное, можно утверждать то, что Иероним существенно повлиял на стилистику произведений Сульпиция. В этом убеждает количество имеющихся параллелей между произведениями двух авторов вкупе с явно высказываемым уважением Сульпиция к Иерониму. Дальнейший указатель в этом направлении - вероятность того, что жития святых Иеронима и его письма сообщили Сульпицию два монашеских техническими термина, которые он не мог позаимствовать из латинских переводов “Жития Антония”: anachoreta (отшельник) и cellula (келья) [144] J. Gribomont. L'Influence du monachisme oriental sur Sulpice Se vere. Saint Martin et son temps (q.v.), pp. 140-141, 144-145. . Мы должны добавить, что связь между Иеронимом и Сульпицием была не только односторонней. Самое позднее к 412 г. Иероним узнал о “Диалогах” Сульпиция и похоже, что он также знал и “Житие Мартина”, хотя прямо об этом нигде не упоминает.

Через своего друга Паулина Сульпиций также косвенным образом вошел в соприкосновение с группой людей, собравшихся вокруг прежде любимого Иеронимом, а ныне “ненавистного” Руфина. После получения “Жития Мартина” Паулин прочитал его покровительнице Руфина, Мелании, и в 403/4 г. помог Сульпицию в получении необходимой исторической справки у Руфина [145] Paulinus, ep. 29, 14; 28, 5. . Такого рода контакты могли повлиять на заметное сходство между произведениями Сульпиция о Мартине и переводом Руфина “Истории монахов”. Это позволяет сделать вывод о том, что Руфин мог использовать “Хронику” Сульпиция для продолжения “Церковной истории” Евсевия [146] J. Doignon. Op. cit., p. 431; G.K. van Аndel. Op. cit., рp. 91, 155-156. . Что касается Сульпиция, то почти наверняка он читал “О фальсификации книг Оригена” Руфина до написания своих “Диалогов”.