Весьма разнообразную группу источников для Сульпиция составляли те христианские хронографические и исторические произведения, из которых Сульпиций брал материал для своей “Хроники”, а именно: “Хронография” Юлия Африкана, “Хроника” Ипполита (уже тогда имелся латинский перевод этого произведения) и перевод Иеронима с его же продолжением “Церковной истории” Евсевия [111] S. Prete. Op. cit., рр. 47-49; G.K. van Andel. Op. cit., рp. 26-36, 89-90.
.
Что же касается теологических работ, то в конце IV в. на Западе доминировали работы африканских авторов, особенно Тертуллиана и Киприана. Прямое их влияние на произведения Сульпиция обнаружить трудно, но указать ряд вероятных перекличек с работами Тертуллиана “О воскрешении плоти” и “Об идолопоклонстве”, а также с двумя письмами Киприана все же можно [112] См.: J. Fontaine. Vie... Vol. II, p. 584; Vol. III, p. 1219, 1335. Надо также отметить весьма примечательные упоминания о Киприане у Сульпиция (D I, 3, 2; III, 17, 5).
. Сульпиций также знал диалог “Октавий” Минуция Феликса [113] Y.-M. Duval. La Lecture de "l'Octavius" de Minucius Felix a la fin du IVe siecle. Revue des E tudes Augustiniennes 19 (1973), pp. 57-58.
.
Не может быть сомнения и в том, что Сульпиций был знаком с литературой о мучениках, так как он совершенно определенно заявляет, что читал о страданиях многих мучеников, претерпевших во времена Диоклетиана [114] Chron II, 32, 6.
. Он не приводит деталей, но его рассказ о столкновении Мартина и Юлиана в Вормсе явно представляет собой парафраз конфронтации будущего святого и римского императора или чиновника, как это обычно описывалось в разного рода “деяниях” мучеников, чаще всего африканских солдат-мучеников. Особенно напрашивается параллель со “страданиями Типассия”, но хронологическое сопоставление произведений делает маловероятным тот факт, что Сульпиций мог ознакомиться с этим произведением к 396 г. В лучшем случае это может говорить о том, что “Страдания Типасия” следует включить в общий обзор литературы, прочитанной Сульпицием, но и не более.
Интерес Сульпиция к литературе, посвященной мученикам, его особое почитание Киприана и линия Киприан-Иларий-Сульпиций, - все это привело к возникновению у Фонтэна идеи о том, что Сульпиций знал “Житие Киприана” Понтия [115] J. Fontaine. Vie... Vol. I, pp. 69-70.
. Эту гипотезу, как нам кажется, можно усилить, поскольку внимательное изучение текста открывает два почти дословных сходства, которые, если взять их с другими параллелями, могут с высокой степенью вероятности подтвердить то, что Сульпиций знал это произведение. С понтиевым “не должно скрывать жизнь такого мужа”, мы можем сопоставить сульпициево “нечестивым полагаю я скрывать добродетели такого мужа”, фраза “долго можно перечислять подобные примеры” дословно повторяется в обеих работах [116] V. Cyp. 5, 1; V. M. 19, 5.
. Вдобавок оба автора упоминают смирение, с которым их герои встречают недоброжелательство по отношению к себе; у обоих мы находим идею о том, что славы мученика может достигнуть даже тот, кто не претерпел физических мук; у обоих эта идея сопровождается жалобой ученика, который плачет, радуясь триумфальной смерти своего героя, и сокрушается по поводу своей собственной прожитой жизни [117] V. Cyp. 5, 6; V. M. 26, 5 и 27, 2-3. V. Cyp. 1, 2 и 19, 2; Sulpicius, ep. 2, 9-12. V. Cyp. 19, 3; Sulpicius, ep. 2, 7 и ер. 3, 19-21.
. В свете всех этих совпадений у нас есть основание полагать, что Сульпиций знал “Житие Киприана” Понтия, тем более, что к тому времени известность этого произведения уже не ограничивалась только Африкой и таким всеядным читателем, каким был Иероним. Оно также использовалось Пруденцием в Испании, а это почти рядом с Аквитанией, где жил Сульпиций [118] О религиозных связях Испании с Аквитанией см. J. Fontaine. Vie... Vol. I, рр. 587 ff.
.
Хотя знакомство Сульпиция с “Житием Киприана” было осознано далеко не сегодня, его осведомленность относительно “Жития Антония” Афанасия была признана почти всеми в 1912, когда появилась книга Бабю. Он вполне справедливо указал на то, что произведение Афанасия было первым в жанре агиографии и что “Житие Мартина” Сульпиция стоит в этом же ряду [119] E.-C. Babut. St. Martin..., pp. 75-83, 89-90.
. Однако Бабю слишком переоценивает влияние “Жития Антония” на Сульпиция. Это особенно заметно, когда он утверждает, что Сульпиций заимствует целые эпизоды из жизни Антония и приписывает их Мартину [120] E.-C. Babut. St. Martin..., pp. 41-47.
. Действительно, некоторые параллели с “Житием Антония” просматриваются в первых главах “Жития Мартина” и произведение Афанасия, действительно, оказывает некоторое влияние на сульпициеву трактовку дьявола. Но его реальное значение, вместе с житиями святых Иеронима, заключается, прежде всего, в стимулировании общей идеи описания жизни Мартина; а не в обеспечении Сульпиция исходным материалом или моделью, которая могла быть принята целиком. Мы вернемся к этому позже, здесь же надо только отметить, что Сульпиций знал это произведение в латинском переводе Евагрия [121] Это совершенно ясно видно из V. M. 2, 1, что является явным отражением именно перевода Евагрия V. Ant. 1: ни более старой латинской версии (ed. G.J.M. Bartelink. Vita di Antonio. Vite dei santi I, p. 6), ни греческого оригинала. По этому поводу см.: B.R. Voss. Beru hrungen von Hagiographie und Historiographie in der Spa tantike. Fru hmittelalterliche Studien 4 (1970), S. 57-58.
.
Читать дальше