Ширли Джексон - Лотерея

— Я все списала из одной книги, — сказала она ему. — Я нашла эту книгу в библиотеке.

— Не понимаю, зачем она на себя наговаривает, — сказала миссис Леннон, обращаясь к миссис Кейтор. Та сокрушенно покачала головой.

— Эта книга называется… — Гарриет на секунду запнулась. — Она называется «Домашняя книга стихов», вот. Я списала оттуда все слово в слово и ничего не добавила от себя.

— Гарриет, неужели это правда? — Миссис Леннон повернулась к миссис Кейтор. — Боюсь, я должна извиниться перед вами за поступок Гарриет и за то, что невольно ввела вас в заблуждение, прочтя стихи от ее имени. Мне и в голову не приходило, что она может так меня обмануть.

— С детьми это случается сплошь и рядом, — утешила ее миссис Кейтор. — Чего они только не сделают, добиваясь внимания и похвалы. Я не думаю, что Гарриет сознательно стремилась вас обмануть — просто так уж вышло.

— Я это сделала сознательно, — сказала Гарриет. — Я хотела, чтобы все думали, будто я сочиняю стихи. Я это подстроила.

Она вытянула листки со стихами из пальцев бабушки, которая не воспротивилась.

— Теперь и ты не увидишь их больше, — сказала девочка, пряча листки за спину, от всех.

Без малого одиннадцать лет живя вместе в старинной вермонтской усадьбе, две миссис Уиннинг, свекровь и невестка, с каждым годом все сильнее походили друг на друга, как это случается с женщинами в результате ежедневного общения, совместной работы на кухне и по хозяйству.

У младшей миссис Уиннинг, урожденной Толбот, волосы были более темные, и она носила короткую стрижку, но седеть начала с висков — точь-в-точь как свекровь, которая в свое время так же через брак вошла в семью Уиннинг, старожилов этого городка. У обеих были тонкие заостренные черты лица и ловкие быстрые руки; и когда они вместе мыли посуду, лущили горох или чистили столовое серебро, их руки, двигаясь в унисон, казалось, общались между собой и понимали друг друга лучше, чем их хозяйки. Иногда во время завтрака, сидя между свекровью и своей маленькой дочкой, младшая миссис Уиннинг думала, что они втроем напоминают стилизованный эстамп для старомодных обоев: типичные новоанглийские поселенцы — мать, дочь и внучка, зачастую изображаемые на фоне Плимутской скалы [23] По преданию, у этой скалы на побережье Массачусетса в 1620 г. высадились на американский берег «отцы-пилигримы», прибывшие на корабле «Мэйфлауэр». или Конкордского моста. [24] Мост через реку Конкорд в Массачусетсе; в 1775 г. здесь состоялось первое сражение американской Войны за независимость.

В это утро, как и в другие холодные утра, они долго пили кофе, не спеша покидать просторную чистую кухню с ее жарко натопленной печью и вкусными запахами. Случалось, они вот так молча сидели за столом до тех пор, пока малютка, давно покончив с завтраком, не начинала шумную возню в детском углу, где до нее возились многие поколения маленьких Уиннингов, пользуясь одними и теми же игрушками из неизменного тяжелого сундучка.

— Такое ощущение, будто весна в этом году наступать не собирается, — сказала младшая миссис Уиннинг. — Осточертели уже эти холода.

— Порой и померзнуть приходится, не без этого, — сказала свекровь и вдруг, стремительно поднявшись, начала убирать со стола, тем самым показывая, что время расслабляться кончилось и настало время работать. Младшая миссис Уиннинг тотчас встала, чтобы ей помочь, в тысячный раз подумав, что свекровь никогда не откажется от роли полновластной хозяйки в доме, пока не постареет настолько, что уже не сможет успевать всюду раньше других.

— Хорошо бы кто-нибудь поселился наконец в старом коттедже, — мечтательно сказала младшая миссис Уиннинг, с салфетками в руках останавливаясь на полпути к кладовой. — Хоть бы кто-нибудь въехал туда еще до начала весны.

Когда-то давно она сама собиралась купить этот коттедж, чтобы ее муж привел его в порядок и они могли жить там со своими детьми. Ныне, прочно прижившись в большом доме на вершине холма, старинном родовом гнезде Уиннингов, она уже не помышляла о переселении в коттедж, однако ей очень хотелось, чтобы в нем обосновалась какая-нибудь молодая счастливая семья. Узнав, что коттедж все-таки продан — как продаются многие старые дома в этих местах, где люди все реже затевают новое строительство, — она стала каждый день высматривать признаки появления жильцов, по утрам выходя на заднее крыльцо и проверяя, не вьется ли дым над трубой, а днем по пути в лавку задерживаясь на склоне перед коттеджем в надежде увидеть движение за окнами. Продажа состоялась в январе, но и через два месяца — пусть несколько посвежевший с виду под покровом снега и со сверкающими сосульками на пустых окнах — дом оставался таким же заброшенным, как в те дни, когда миссис Уиннинг подумывала о его приобретении.