Пауль Низон - Год любви

Во время бесцельных блужданий мечта о женщине на ночь набирала такую силу, что он отчаянно цеплялся за нее, будто дело шло о спасении или гибели. Избегая кафе и развлечений, где легко завести знакомства, и в буквальном смысле болтаясь на улице, он вынужден был полагаться на инстинкт и умение убеждать. Вскоре у него выработалось чутье на доступных женщин, возможных партнерш, и сложилась тактика вступления в разговор, более того, изобретательность действий, основанная на вчувствовании, перевоплощении, — порой он даже сам пугался.

Выследив такую женщину, он сначала держался нерешительно, о чем-нибудь вежливо справлялся и если первое сближение удавалось, если он «бронировал» себе право проводить ее, то затем старался половчее завести необременительный разговор, о чем угодно, только не о себе и не о своих намерениях. Таким манером он совершал очень дальние прогулки, иной раз до самого порога новой знакомой, и лишь там предлагал наконец пока что не разлучаться. Если женщина поддавалась на уговоры повернуть обратно, визиту в мансарду обыкновенно ничто уже не препятствовало.

Таким способом и во всех возможных обличьях он «соблазнял» самых разных женщин. А утром, просыпаясь рядом с ними, нетерпеливо ждал, когда они уйдут; при свете дня его просто ужасало, что впотьмах он обнимал, ощупывал, ласкал и «брал» этих чужих женщин, с которыми его теперь не связывали ни любопытство, ни любовь, ни желание.

Он стыдился собственной холодности.

Надо с этим кончать, все чаще думал он. Шагая ночью по вымершему городу, один на мощеных площадях старинных кварталов, которые в ночном освещении смахивали на выцветшие театральные декорации, и прекрасно сознавая, что именно им движет, он ненавидел себя. И решал сию же минуту повернуть домой. Но сиротливый стук каблучков в ночной тьме немедля вновь его настораживал. И он спешил на поиски виновницы искусительных звуков.

В конце концов он все же преодолел это гнусное состояние.

Как-то в субботу он забрел на художественную выставку. Имя Хаим Сутин [6] Сутин Хаим (1893–1943) — французский художник, по происхождению российский еврей. — Прим. перев. ничего ему не говорило, но сами, портреты служанок, приживалок, поваров, портье и мальчиков-лифтеров, особенно портреты детей бедноты, растрогали его. Сплошь безымянные, они смотрели на него из своих рам, неловкие, даже запуганные, но вместе с тем и назойливые — словно их вызвали на перекличку из мрака безбрежной ничейной земли.

Были здесь и маленькие виды городских окраин, на переднем плане дерево, а вокруг него лавочка — для наблюдений или для отдыха после работы, для воскресного гармониста. Дерево, лавочка и дома будто от землетрясения падали на него, кряхтели и потрескивали своими сочленениями, своими тканями, демонстрируя их до тончайших волокон. Он понял, что как раз землетрясение сердца, процесс внутри самого художника так резко выдергивали на свет обыденные вещи и учиняли такую кутерьму. Понял, что как раз жадные, голодные глаза художника и делали всех этих безвестных слуг совершенно необыкновенными и они, окликая зрителя, стояли точно деревья на длинной дороге жизни.

Этот Хаим Сутин, похоже, был наделен не в меру участливым сердцем.

Из каталога он узнал, что Сутин родом из Литвы, сын портного, что еще подростком он ушел из дома, некоторое время работал помощником ретушера, а в двадцать лет этот неотесанный парень — босоногий, почему-то решил он, — очутился в Париже, бродил по огромному чужому городу, что как художник вполне преуспел и в сущности до конца оставался самим собой. Еще Сутин писал ободранные бычьи туши и ощипанных кур. Во время немецкой оккупации он скрывался в подполье и умер от язвы желудка.

Он осознал, что сам просто плывет по течению, и давно.

После долгого школьного плена он отдался на волю волн, потому что не хотел снова попасть в карантин. Но никуда не доплыл. Как раз наоборот, проплывал мимо всего. Жил в ожиданиях, но безучастно, бестолково, хуже того — вслепую.

Нужно учиться видеть , смутно мелькнуло в голове, и вдруг ему остро захотелось рассматривать что-нибудь, все равно что, в тиши и покое, — рассматривать, обдумывать, понимать.

Он еще раз сходил на выставку, а потом спросил в кассе, нельзя ли заглянуть в музейную библиотеку. Эта библиотека была слита воедино с библиотекой университетского искусствоведческого семинара, размещенного в здании музея. Его провели в семинарские комнаты и там передали высокому моложавому мужчине, который, сидя за длинным столом, делал выписки из нескольких открытых книг.