Дэймон Гэлгут - Арктическое лето

Едва выехав из Бомбея, Морган принялся размышлять о том, что ждет его впереди. Он принял пост при дворе магараджи. Обязанности его были неопределенными, возможности – незначительными. Он полагал, что никакой пользы Их Высочеству от него не будет. Гораздо больше беспокоила его перспектива неприятностей определенного свойства. Ступив на берег, он сразу стал жертвой собственных сексуальных фантазий, весьма сильных; и теперь, после Египта, чувствовал, что почти способен претворить их в реальность. Но это была прямая дорога к катастрофе; он не мог – не имел права проявить слабость. Он сказал себе, что по меньшей мере не может стать источником неприятностей. Но себе Морган уже не верил, а потому разлагающийся труп коровы говорил громче и определеннее, нежели его внутренний голос.

Мрачное настроение не отпускало Моргана весь путь в Девас. Но когда он прибыл в Новый Дворец, то увидел магараджу, который, встречая его у парадных дверей, подпрыгивал от веселого нетерпения.

– Морган! Морган! Как радостно снова видеть вас! – почти кричал он. – Я вас заждался. Давайте немедленно дадим телеграммы, чтобы оповестить всех о вашем приезде. Дадим телеграмму Малькольму. И вашей матери. Потом найдем для вас индийскую одежду и отправимся на вечеринку. Где мой секретарь?

Магараджа был без головного убора, а его лицо, хотя он и сделался старше на восемь лет, напоминало лицо проказливого ребенка. Морган развеселился.

Ему стало еще веселее, когда его отвели наверх, в его комнаты, и одели в джодпуры, шелковый жилет и алый тюрбан, а потом отвезли на экипаже в кавалерийские казармы, посмотреть пьесу, исполняемую странствующей труппой актеров. Пока его бедра выдерживали это, Морган сидел на полу, но потом пересел на стул у стены. Шум, мелькание красок и странность происходящего убедили его в том, что он наконец в Индии. Знать, что он является единственным белым в радиусе двадцати миль, было и беспокойно, и одновременно комфортно.

Пока все шло не по плану. Морган дважды написал Масуду из Англии, а потом из Адена дал телеграмму, но друг так и не приехал встретить его в Бомбее. Из гавани он отправился в офис компании Томаса Кука, но письма там не оказалось. Что было еще хуже – Масуд обещал ему денег, на которые Морган мог бы жить, но таковых отсутствовал и след.

Не приходило никаких новостей и из Деваса. Вне всяких сомнений, Морган очутился на мели. Ему пришлось воспользоваться гостеприимством друзей, и только на второй день, после того, как он отправил с местной почты телеграмму Масуду, примчались сразу два безумных придворных из Деваса. Они искали Моргана не в том месте, не в то время и не под тем именем. В общем, все шло наперекосяк.

Затем на некоторое время положение улучшилось. Пока Морган ехал в Девас, его обслуживали по высшему разряду. Но когда он прибыл ко двору магараджи, в самые первые дни его страхи подтвердились.

Местечко оказалось абсолютно непостижимым. Когда Морган приезжал сюда в прошлый раз, то был почетным гостем, жил в гостевом доме, а то, что происходило в самом дворце, не попадалось ему на глаза. Но сейчас он угодил в самую гущу придворной жизни, и то, что раньше, на расстоянии, казалось ему поразительным и невероятным, теперь, когда он жил во дворце, постоянно ставило в тупик.

В первое утро после прибытия у Моргана состоялась долгая беседа с магараджей, объяснявшим ему его официальные обязанности.

– Вы отвечаете за сады, за теннисные корты, за автомобили, – говорил магараджа, загибая пальцы, на которых считал зоны ответственности Моргана. – Нельзя также забыть про гостевой дом и Электрический дом.

– Электрический дом? – спросил Морган с отчаянием в голосе. – Но я не разбираюсь в электричестве! И ничего не понимаю в автомобилях. Ваше Высочество, я ожидал, что мои обязанности будут связаны с чтением и письмом – со сферами моей компетентности.

– Зовите меня Бапу-сагиб, прошу вас. И не волнуйтесь, ваша компетентность не пропадет втуне. Мне хотелось бы, чтобы вы каждый день в целях просвещения читали мне какие-нибудь произведения, а потом мы их обсуждали. Это то, чем мы занимались с Малькольмом, и то, что я хотел бы продолжить. Кроме прочего, через вас пойдет почта дворца.

– Но теннисные корты, Бапу-сагиб…

– Со временем все станет ясно, не расстраивайтесь. Самое главное – понять иерархию придворных. Я напишу, а вы потом запомните.

Хотя Морган внимательно изучал данный вопрос, запомнить он так и не смог. Все оказалось невероятно запутанным и сложным.